28 ноября, 2024

«Магические практики дают иллюзию контроля над будущим»

Два интервью о том, почему люди идут в эзотерику и почему их не всегда стоит останавливать

Автор:

Инна Герман

«Магические практики дают иллюзию контроля над будущим»

Photo by petr sidorov on Unsplash

Интерес россиян к эзотерике — нумерологии, картам Таро, материализации желаний и и так далее — постоянно растет. Коммуникационное агентство Modifiers недавно оценило объем российского рынка эзотерических услуг в 2,4 трлн рублей — это слишком огромная и потому сомнительная цифра (сопоставима с тратами на электронику и бытовую технику). Но есть и более правдодобные данные: по данным платформы GetCourse, запускающей и продающей онлайн-курсы, в 2023 году эзотерика вошла в топ-5 самых популярных учебных курсов.

Что подталкивает людей верить в карточные расклады или магическое исполнение желаний? Почему к экстрасенсам идут чаще, чем к психологам? Об этом мы поговорили с клиническим психологом, директором Центра когнитивной терапии Яковом Кочетковым и биологом, психологом Еленой Дегтярь, которая, по собственному признанию, ради интереса испытала на себе множество эзотерических практик.

Яков Кочетков: «Мозг эволюционно стремится к быстрым решениям»

— Что заставляет в целом рациональных людей верить в расклад карт? Как это объясняет психология?

— Нельзя строго разделить людей на рациональных и нерациональных. Человек может мыслить рационально в одной сфере жизни, но быть подверженным магическому мышлению в другой. Эволюционно наш мозг постоянно пытается прогнозировать будущее, чтобы предотвратить возможные неприятности. Поскольку реальных инструментов контроля будущего у нас нет, магические практики дают иллюзию такого контроля.

— Есть ли какой-то тип людей, которые особенно охотно верят в Таро и магию цифр?

— Люди чаще обращаются к нерациональным способам прогнозирования будущего в ситуациях высокой неопределенности, будь то социальная или личная сфера. Склонность к магическому мышлению может передаваться в семье, но в целом это связано с несовершенством работы нашего мозга и наличием когнитивных искажений.

Например, наш мозг склонен искать подтверждение собственным теориям: если человек после посещения гадалки или расклада карт получает успешную сделку, это подкрепляет веру в эффективность метода. При этом мозг игнорирует другие факторы успеха вроде хорошей подготовки и ситуации, когда предсказания не сбылись.

— Похоже ли это на другие верования, например, веру в приметы?

— Магическое мышление основано на нескольких принципах. Принцип подобия — когда воздействие на фотографию или куклу вуду считается равносильным воздействию на самого человека. Принцип контакта подразумевает, что связь между объектами сохраняется даже после прекращения физического контакта — например, воздействие на старую туфлю человека должно повлиять на него самого, даже если он носил ее десять лет назад. Принцип силы мыслей — убеждение, что мысли могут напрямую влиять на реальность, передаваться на расстоянии.

В клинической психологии это называется « смешением мыслей и действия» и часто встречается у пациентов с обсессивно-компульсивным расстройством, которые считают, что их плохие мысли могут навредить родственникам, а хорошие — нейтрализовать вред.

Вообще, количество людей, способных к систематическому логическому мышлению, с годами не увеличивается. Современный информационный поток создает дополнительные сложности: человеку без специального образования трудно разобраться в противоречивой информации. Например, во время пандемии человек без медицинского образования сталкивался с множеством противоречивых теорий о происхождении вируса. Разобраться в этом требует много времени, это подталкивает к выбору простых магических решений вместо рационального анализа.

— Сталкивались ли вы в своей практике с людьми, доверяющим картам Таро? Как поступает терапевт в такой ситуации?

— Люди, обращающиеся к эзотерическим практикам, редко доходят до психотерапии, так как уже находят временное успокоение в альтернативных методах. С точки зрения когнитивно-поведенческой психотерапии существует термин «беспокойство» — не бытовой, а описывающий особый тип мышления. Это наши мысли, прогнозы о будущем, когда мозг постоянно подбрасывает сценарии «что если произойдет это».

Для работы с таким беспокойством существует определенный алгоритм. Сначала нужно понять, имеет ли проблема решение. Если да — можно разработать конкретные шаги. Если проблема находится вне контроля человека, важно научиться принимать ситуацию и переключать внимание, не позволяя беспокойству крутиться по кругу в голове.

— Вы сами изучали Таро, хотя бы из любопытства?

— Только с культурологической точки зрения, поскольку я люблю историю и вообще антропологию, культуру. Карты Таро представляют собой набор архетипичных ситуаций и жизненных сценариев. Их кажущаяся точность часто связана с тем, что большинство жизненных ситуаций типичны. Как в юмористическом рассказе, где прорицатель говорит очевидные вещи вроде «у вас был отец», «у вас была мать».

Когда человеку говорят о проблемах в отношениях, это «попадает» в 70% случаев, поскольку люди чаще всего приходят именно с проблемами в отношениях или на работе — это 90% запросов, не считая проблем со здоровьем. Срабатывает также иллюзия частотности: если человеку говорят избегать красного цвета или что его проблемы связаны с квадратными столами в офисе, он начинает замечать эти детали повсюду.

При этом карты менее опасны, чем обращение к «колдунам» и «целителям», особенно когда речь идет о серьезных проблемах со здоровьем, например, когда вместо лечения онкологии человек обращается к магическим практикам.

— Как быть, общаясь с человеком, которые руководствуется картами? Даже при приеме на работу могут прибегать к консультации таролога.

— В личных отношениях попытки переубедить человека часто бесполезны и могут ухудшить ситуацию. В рабочем контексте каждый случай требует индивидуального подхода: даже в Кремниевой долине некоторые IT-компании используют астрологические расклады при приеме на работу.

В психотерапии с пациентами, имеющими обсессивно-компульсивное расстройство, проводятся поведенческие эксперименты, чтобы показать ложность взаимосвязи между мыслями и реальностью, но это возможно только при наличии мотивации у самого человека.

— Люди часто обращаются к эзотерическим практикам в моменты жизненного или экзистенциального кризиса. Что еще с точки зрения психотерапии может делать человек в такие моменты?

— В моменты жизненного или экзистенциального кризиса бывает полезно просто побыть в неопределенности и дискомфорте. Например, когда человек не может решить, остаться ли на старой постылой работе или заняться творчеством с неопределенными перспективами заработка. Мозг эволюционно стремится к быстрым решениям и испытывает дискомфорт от неизвестности, но именно период неопределенности может открыть новые смыслы. После такой рефлексии можно переходить к более логическим способам решения проблем.

Елена Дегтярь: «Вопрос не в том, научно это или нет, а работает или нет»

Елена Дегтярь — как раз тот рациональный человек, который может обратиться к тарологу. Ее основная идея — не нужно сходу отвергать то, что не имеет к научному знанию никакого отношения, но может давать опору или приносить облегчение. Главное соблюдать осторожность.

«Научный подход [в определенных кругах] стал своего рода новой религией. Но средний человек не может пойти и проверить, насколько то, что нам предлагают как научно доказанное, действительно работает. Большинство исследований закрыты от обычного пользователя, плюс сегодня мы видим кризис воспроизводимости, особенно во всем, что касается социальных наук и психологии: многие эксперименты не удается воспроизвести при повторных попытках.

В России развитие альтернативных практик во многом еще связано с недоверием к системе. Есть культурная особенность — мы рассчитываем только на близкий круг, на реальные контакты. Нам нужно посмотреть людям в глаза, пожать руку. Поэтому мы скорее будем доверять соседке-тарологу, чем психологу с кучей степеней, но которого не знаем лично. Кроме того, люди очень любят, когда им что-то о них рассказывают. И часто эти альтернативные практики предлагают какое-то знание о нас, которое на самом деле и так доступно, — но, приходя извне, оно кажется достовернее.

А еще люди хотят знать, зачем они здесь: ищут смысл в существовании. Разные практики дают какие-то ответы. Тут важно понимать, что вообще не важно — правда это или неправда. Важно, откликается это или не откликается.

Мы, как психологи, все время натаскиваем людей на то, чтобы они опирались на себя, доверяли себе. Но нам всем нужны какие-то внешние опоры, на которые мы можем рассчитывать, когда нет сил. Недавно у меня был сложный период, и я просто написала тарологу: пожалуйста, скажи мне, когда это закончится. Ответа на вопрос «когда» я не получила, но она накидала идей о возможных причинах кризиса, которые совпали с моими переживаниями.

У альтернативных практик есть свои риски. Первое — это неправильное принятие решений. Если ко мне придет подруга, которая скажет, что таролог сказал ей выйти замуж за какого-то человека, и я увижу, что она вообще не находится в контакте с реальностью, у меня возникнут опасения.

Второе — эмоциональная зависимость. Важно, чтобы у человека были внутренние опоры, способность фильтровать информацию и принимать собственные решения. Есть люди, которые становятся зависимыми от этих практик и не готовы брать ответственность.

Третье — игнорирование серьезных психологических проблем. Это как лечить открытую рану подорожником. Если человек пытается решить только альтернативными практиками, например, алкоголизм или другие зависимости — это опасно.

Я знаю профессионалов, которые либо начинают с психологии и потом расширяют свой арсенал до альтернативных практик, либо наоборот — идут из альтернативных практик в науку, чтобы чувствовать больше веса в том, чем занимаются. Вопрос не в том, научно это или нет, а в том, работает или нет. Если человек говорит, что для него это работает — важнее понять, как сделать так, чтобы он не стал зависим, чтобы сохранял способность управлять своей жизнью. Тогда общими усилиями — и тех, кто предоставляет такие услуги, и психологов, которые признают право на их существование — все эти практики можно сделать более этичными».

📌 Больше идей и советов — в нашем телеграм-канале.

Вы уже оценили материал

Продолжайте читать

Картина мира

21 июля, 2026

«Документ о душе»: зачем OpenAI, Anthropic и Google массово нанимают философов

Как ИИ превратил философию в профессию будущего

ЗОЖ

1 июля, 2026

Всегда в движении: как робот-пылесос улучшает качество воздуха в квартире

Неочевидные последствия борьбы с домашней пылью

SPECIAL

16 июля, 2026

11 вещей, которые мы терпим у себя в домах — хотя не должны

Шум в спальне, духота летом, тревога по дороге домой: как жилая среда влияет на здоровье и что с этим можно сделать

$\"\"$

$\"\"$

вещей, которые мы терпим у себя в домах — хотя не должны

Место, где мы живем — квартира, подъезд, двор, район, — влияет на нас сильнее, чем принято думать. По данным доклада Европейского агентства по окружающей среде 2025 года, более 30% жителей европейских городов живут в условиях транспортного шума, превышающего нормы ВОЗ, — и хроническое воздействие шума связано примерно с 66 000 преждевременных смертей ежегодно, а также с 50 000 новых случаев сердечно-сосудистых заболеваний и 22 000 случаев диабета 2-го типа. Жители городов имеют на 39% более высокий риск тревожных расстройств по сравнению с теми, кто живет за их пределами. Доступ к зеленым зонам — один из ключевых факторов психического здоровья.

При выборе жилья обычно сравнивают этажи, виды из окна, планировки и расстояние до работы. Но через полгода после переезда оказывается, что качество жизни зависит от совсем других «мелочей»: слышно ли ночных мотогонщиков, можно ли спокойно высадить ребенка у подъезда, сколько ждать лифт и что происходит с воздухом зимой.

$\"\"$

Девелоперская компания FORMA провела исследование москвичей в возрасте 25–45 лет, чтобы понять, как они воспринимают жилое пространство и какой видят идеальную квартиру. Выяснилось, что застройщики нередко руководствуются самыми общими представлениями о комфорте, игнорируя реальные жизненные сценарии. Люди годами пытаются приспособиться к неуютной среде.

\n\n

Чтобы избежать этой ошибки, при проектировании жилого комплекса «Татум» на Юго-Западе Москвы FORMA подчинила архитектурные и инженерные решения желаниям горожан, а не наоборот. Точнее, горожанок: женщины, согласно опросу девелопера, выступают главными «оценщиками» жилья — 33% респонденток принимают решение о покупке квартиры единолично, а еще 31% мужчин подтверждают, что делегировали выбор партнерше.

Вместе с FORMA разбираем 11 параметров, от которых зависит качество жизни в городе.

$\"\"$

Фоновый шум и сон в берушах

Вы ложитесь спать и слышите машины, разговоры во дворе, потом мусоровоз. Через час засыпаете, просыпаетесь разбитым — и не можете понять почему.

ВОЗ рекомендует ночной уровень шума в спальне ниже 30 дБ — это примерно тихий шепот (обычный разговор — около 60 дБ). Уже при 40 дБ фиксируются нарушения сна и рост потребления снотворных. Дети особенно уязвимы: по данным доклада ЕEA 2025 года, шумовое загрязнение связано с трудностями в обучении, поведенческими нарушениями и избыточным весом у детей.

Как должно быть

Комфортный дом не позволяет шуму проникать внутрь. Окна с повышенной звукоизоляцией снижают внешний шум на 30–35 дБ, превращая самые громкие звуки города в комфортный для сна «шелест». В «Татуме» будут установлены как раз такие, в алюминиевом профиле.

$\"\"$

Летний перегрев и тяжелый воздух

Летом квартира превращается в душную коробку, кондиционер создает сквозняк, а из открытого окна летит тополиный пух и пыль.

Исследователи из Гарварда под руководством Джозефа Аллена обнаружили, что снижение концентрации CO2 и загрязняющих частиц в помещении значимо улучшает результаты когнитивных тестов — показатели стратегического мышления, управления информацией и способности принимать решения вырастали почти вдвое при переходе из плохо вентилируемого помещения в хорошо вентилируемое. Кроме того, высокая концентрация углекислого газа во время сна связана с утренними головными болями и сниженным качеством отдыха.

Как должно быть

Автоматический контроль климата на уровне здания. Вместо локальных сплит-систем монтируется центральная система кондиционирования с многоступенчатой фильтрацией воздуха. Окна оснащаются стеклами с защитой от ультрафиолетовых лучей, что предотвращает нагрев комнат и защищает интерьер от выцветания.

\t\t

$\"\"$

Чувство незащищенности возле дома

Вы возвращаетесь после девяти. До подъезда несколько десятков метров. Ничего особенного не происходит, но во дворе не горят фонари, и вы автоматически ускоряете шаг. Для многих женщин этот сценарий настолько привычен, что воспринимается как норма.

Недостаточное освещение и отсутствие видеонаблюдения — ключевые факторы, снижающие субъективное ощущение безопасности и заставляющие людей избегать общественных пространств в темное время суток. Исследование FORMA показало, что эти параметры входят в главные критерии выбора жилья для женщин.

Как должно быть

Проблема решается через проектирование многоуровневого освещения всей территории: дворы, парковки, детские площадки, подъезды. Дополняет систему безопасности круглосуточное видеонаблюдение, пропускная система с Face ID и видеоглазки.

$\"\"$

День, потерянный  в ожидании курьера

Ваш день привязан к интервалу доставки: приходится сидеть дома, отвлекаться на звонки курьеров, которые путают код домофона.

Исследования в области поведенческой экономики подтверждают, что мелкие незавершенные организационные задачи создают значительный «ментальный шум»: мозг продолжает удерживать их в оперативной памяти, снижая концентрацию и продуктивность при переключении на другие дела.

Как должно быть

Бесшовная обработка входящего потока посылок без участия жильца. В «Татуме» спроектирована курьерская зона на первом этаже с местами для безопасного хранения посылок, постаматы и изолированные примерочные. Это позволяет забрать онлайн-заказ в любое удобное время, не пересекаясь с доставщиками.

$\"\"$

Парковка как ежедневная задача со звездочкой

Вечер, идет дождь. Вы с ребенком в такси. Ближайшее место для остановки — в трехстах метрах от шлагбаума. Пока добираетесь до подъезда, ребенок промочил ноги. Две трети родителей, по данным опроса FORMA, называют отсутствие выделенных зон для высадки с детьми и колясками серьезным раздражителем в жилых комплексах.

Как должно быть

Продуманная зона для транспорта прямо у входа. В «Татуме» предусмотрены 15-минутные парковки у лобби для высадки пассажиров, а также выделенная зона в подземном паркинге, адаптированная под разгрузку мебели и крупных покупок.

$\"\"$

Постоянный контроль на детской площадке

Прогулка во дворе превращается в вахту: нужно непрерывно сканировать пространство — нет ли машин, открытых люков, посторонних. Родители испытывают когнитивную перегрузку, а чрезмерный контроль, как показывают исследования развития, тормозит формирование самостоятельности у детей.

Как должно быть

Закрытая и контролируемая среда, где можно ослабить контроль без риска для безопасности. Концепция «двор без машин» исключает появление транспорта на игровой территории, а видеонаблюдение позволяет следить за детьми через смартфон.

$\"\"$

Работа, когда рядом дети

Вы на созвоне с клиентом. Ребенку четыре года, он не понимает, что значит «я занята». Закрыться в комнате нельзя — и страшно, и через дверь все слышно.

Как должно быть

Родительский коворкинг с прозрачной перегородкой, за которой видна игровая зона — архитектурное решение, позволяющее работать и одновременно присматривать за ребенком. В «Татуме» именно такое пространство предусмотрено в лобби.

\t\t

$\"\"$

Негде побыть одному

Вас постоянно окружают коллеги, семья или случайные люди, невозможно найти даже 15 минут тишины. Между тем хронический дефицит уединения повышает уровень стресса и тревожности: психофизиологически человеку необходимы периоды сниженной сенсорной нагрузки для восстановления. Опрос FORMA показал, что 31% москвичек испытывают острую потребность в пространстве, где можно побыть наедине с собой.

Как должно быть

Комната с персональным доступом и звуковой изоляцией, где можно позвонить психологу, помедитировать или просто посидеть в тишине. В идеале такие пространства предусмотрены недалеко от квартиры — в инфраструктуре общественных зон жилого квартала.

$\"\"$

Полоса препятствий из бордюров и ступеней

Каждый выход из дома — это тяжелые двери, пороги, скользкая плитка и лестницы, где нужно поднимать коляску или чемодан. Урбанистические исследования подчеркивают, что доступность среды напрямую влияет на мобильность — особенно для родителей с детьми, пожилых людей и людей с инвалидностью. По данным FORMA, 27% горожанок отдельно обращают внимание на качество покрытий: в зазорах пешеходных зон портится обувь.

Как должно быть

Полностью безбарьерная среда. В «Татуме» вход в каждый подъезд находится на одном уровне с тротуаром, без ступеней и пандусов. Вся внутренняя территория двора покрыта бесшовными нескользящими материалами.

$\"\"$

Каменные джунгли без зелени

Асфальт от дома до метро, гектары плитки у офиса. Природа — в лучшем случае по выходным.

Еще в 1989 году Рейчел и Стивен Каплан предложили теорию восстановления внимания (Attention Restoration Theory), объясняющую восстанавливающий эффект природной среды. Последующие эксперименты подтвердили позитивное воздействие деревьев и кустарников на организм, включая снижение частоты сердечных сокращений и уровня кортизола. Примечательно, что обонятельные стимулы — запах природы — порой оказываются эффективнее визуальных и звуковых.

Как должно быть

Регулярный доступ к зеленым зонам в пешей доступности. Обручевский район, где строится «Татум», окружен более чем двадцатью историческими усадебными территориями, парками и скверами — Воронцовским, Узким, Черемушки-Знаменским и другими. Это часть городской среды, которая влияет на самочувствие каждый день.

\t\t

$\"\"$

Район, в котором всё далеко

В спортзал, развивающий центр для ребенка или ресторан приходится ехать в другие районы, теряя время в пробках. Исследования показывают, что длительные ежедневные поездки — более 45 минут в один конец — один из главных факторов снижения удовлетворенности жизнью у жителей мегаполисов.

Как должно быть

Базовые функции повседневной жизни — образование, здравоохранение, торговля, отдых — должны быть доступны пешком или на велосипеде. Именно из этого исходит концепция «15-минутного города», и именно близость к таким объектам наиболее сильно коррелирует с удовлетворенностью жизнью у горожан. Обручевский район живет по этой логике: вокруг «Татума» 11 вузов, десятки детских садов, школ и фитнес-клубов, плюс транспортная доступность до деловых районов.

Комфортное жилье складывается из конкретных инженерных и архитектурных решений. Каждое из них либо предусмотрено проектом, либо нет — и после ввода дома в эксплуатацию изменить это практически невозможно. Поэтому при выборе квартиры имеет смысл составить собственный чек-лист и свериться с ним, задавая себе простой вопрос: «Будет ли мне здесь комфортно каждый день?»

О проекте

«Татум» — это жилой квартал бизнес-класса от девелопера FORMA, который находится в престижном районе на Юго-Западе Москвы. Название отсылает к ритму сердца — «та-тум»: город задает быстрый и шумный темп, а дом задуман как место, где этот шум стихает и можно, наконец, расслышать себя. Архитектура — пять корпусов переменной этажности с панорамными «джамбо-окнами» и балконами в каждой квартире, закрытые дворы без машин и собственная прогулочная аллея с ритейлом в центре квартала. В трех минутах пешком — метро «Калужская» и «Воронцовская» (БКЛ), а примерно в пятнадцати — Воронцовский парк с прудами и историческими аллеями. Ввод в эксплуатацию запланирован на 2029 год.

Концепция «Татума» выросла из исследования FORMA о том, как на самом деле живут москвичи 25–45 лет: как выглядят их будни, где они работают, отдыхают и проводят время с детьми. Большинство решений, о которых идет речь в этом материале, основаны на полученных в ходе исследования данных, — благодаря им в ЖК появились усиленная шумоизоляция окон, родительский коворкинг, детские комнаты и пространства, где можно побыть наедине с собой.

$\"\"$