Зумеры, бумеры, миллениалы? Что не так с теорией поколений

Предложите обсудить тему поколений в любой организации или компании, и вы почти гарантированно получите долгую и яростную и дискуссию. Особенно, если в ней будут участвовать представители разных возрастов. Ленивые и эгоцентричные «зумеры», которые бесят людей в возрасте своим отношениям к работе и к жизни, надоевшие молодежи «деды», они же «бумеры», которые своими действиями довели мир до его нынешнего состояния, бесконечные попытки обвинить другое поколение во всех грехах и бедах. Мы уже настолько привыкли к этим ярлыкам, что не так часто задумываемся, на чем основано жесткое деление людей на поколения, и есть ли у него основания, достаточные, чтобы делать далеко идущие выводы.

Времена создают людей, люди создают времена

Помните эту фразу, которая разошлась по интернету в бесчисленном количестве мемов: «Трудные времена создают сильных людей, сильные люди создают хорошие времена, хорошие времена создают слабых людей, слабые люди создают трудные времена?» Кажется, он была с нами всегда, хотя это прямая цитата из постапокалиптического романа Майкла Хопфа «Те, кто остается», опубликованного всего лишь 7 лет назад, в конце 2016 года.

А саму идею подобной цикличности первыми сформулировали авторы теории поколений драматург Уильям Штраус и историк Нил Хоув. Это им мы обязаны нынешней популярностью терминов «иксеры», «миллениалы» и «зумеры», хоть и не все эти слова придуманы ими. Их теория тоже сравнительно новая: впервые Штраус и Хоув обнародовали ее в 1991 году, в книге «Поколения: История будущего Америки, 1584–2069 годы», а затем развили в 1997 году в книге «Четвертое превращение: Американское пророчество».

Суть теории. Штраус и Хоув разбили историю США на периоды по 80-100 лет и выявили закономерность: периоды подъема сменяются спадами, периоды мира — кризисами, за которыми следует радикальная социальная и политическая реконструкция (для США такими кризисными точками были, например, Война за независимость, Гражданская и Вторая мировая войны). Не то, чтобы они были первыми, кто заметил это, но они также привнесли сюда ту самую идею чередования «трудных» и «хороших» времен, рождающих «сильных» и «слабых» людей.

Штраус и Хоув подсчитали, что на протяжении одного периода в стране живут и сменяют друг друга четыре поколения — новое поколение рождается и становится взрослым каждые 20 лет. Принадлежность к поколению они предложили определять по трем критериям: возраст, точнее, проживание одних и тех же исторических событий в одном и том же возрасте, единые убеждения, модели поведения и субъективное ощущение причастности к определенному поколению. И главное: Штраус и Хоув выявили всего четыре архетипа поколений, циклично сменяющих друг друга. В «Четвертом превращении» они назвали их пророками (prophets), кочевниками (nomads), героями (heroes) и артистами (artists).

Цикл выглядит так: во время кризиса рождается поколение артистов (условно слабое, рецессивное), которому не нравится происходящее, но которое не знает, как это исправить. После завершения кризиса — поколение пророков (доминантное), которое активно ищет пути выхода, действует и обеспечивает подъем. Во время подъема — поколение кочевников (слабое), которым не нравятся наведенный пророками порядок, но которые больше заняты собственными проблемами, чем проблемами общества в целом. И, наконец, когда подъем сменяется спадом, приходит очередь поколения героев, активная деятельность которых сопровождается великими свершениями, но завершается новыми кризисом. Затем цикл повторяется.

Широкой публике больше запомнились не эти архетипы, а броские названия определенных, ближайших к нам поколений. Например, «молчаливое» поколение (silent generation) осторожных и бережливых артистов, родившихся во время Великой депрессии. «Бумеры» (baby boomers) — энергичные пророки, родившиеся после Второй мировой. «Иксеры» (Gen X или xennials) — их дети, рациональные и циничные кочевники. «Миллениалы» (millenials), которые сейчас пытаются оттеснить «бумеров» и перекроить мир под себя. Но им на смену уже идут «зумеры» (Gen Z), рефлексирующие и тонко чувствующие артисты.

Красивая и понятная теория вызвала восторг у множества самых разных наблюдателей — активистов, политиков, журналистов, маркетологов, наконец, обычных представителей поколений. Каждый год публикуются сотни научных и бесчисленное количество обычных статей, в которых упоминаются, изучаются и объясняются разные аспекты жизни бумеров, миллениалов или зумеров.

Ученые же — социологи и историки — отнеслись к теории Штрауса и Хоува скептически и сохраняют этот скепсис до сих. Но в силу ее огромной и непреходящей популярности в СМИ периодически делают попытки препарировать ее и  объяснить, что же с ней не так.

Мы решили пересказать очередную и достаточно серьезную попытку разоблачения самых популярных мифов, связанных с теорией поколений, которую предприняли ученые из трех американских и одного немецкого университета.

Миф 1: Теория поколений проверяема

Концепция поколений в том виде, в котором мы ее знаем, базируется на ранних социологических мыслительных экспериментах, основанных на фундаментальной работе Карла Мангейма «Проблема поколений», а также статьях Хосе Ортеги-и-Гассета и Дэвида Керцера. 

Они использовали термин «поколения» в историческом, а не семейном или генеалогическом смысле, и предложили считать их социальными единицами, которые объясняют различные общественные и культурные изменения. И предположили, что поколения формируются благодаря «общему сознанию», которое развивается у его представителей после воздействия «формирующих событий» (политических сдвигов, войн, катастроф и пр.) Именно это общее сознание, в теории, формирует уникальные ценности, установки и поведение, которые характерны для поколения, отличают его от других поколений и влияют на поведение его представителей.

Но здесь возникает тавтология: культурная среда порождает поколения, а поколения порождают культурную среду. Разделить их на независимые сущности и изучить по отдельности невозможно. Идея, что «формирующие события» имеют решающее значение для создания целых поколений, удобна для построения далеко идущих выводов, но тоже не поддается проверке. И предположение, что одни и те же события проживаются и воспринимаются людьми одного возраста одинаково, спорно и недоказуемо.

Миф 2: Обоснования теории поколений очевидны

Одна из очень привлекательных черт поколений — наличие у них уникальных характеристик. Более того, предполагается, что именно эти характеристики позволяют провести четкие границы между поколениями.

Объяснения этих характеристик могут выглядеть логично: Великая депрессия сделала «молчаливое» поколение консервативным, избегающим рисков, а гиперопека со стороны родителей и бум социальных сетей создали капризных и нарциссичных «миллениалов». Но это крайне упрощенные объяснения гораздо более сложных механизмов, с помощью которых формируются поколения. Больше того, эти объяснения лучше всего работают, когда делаются спустя много лет, и когда можно подогнать под устоявшийся образ то или иное событие из прошлого — на выбор объясняющего.

Одна из самых слабых сторон теории Штрауса и Хоува — утверждение, что убеждения и поведение людей одного поколения остаются статичными на протяжении их жизни. Простой пример. До недавнего времени миллениалов любили изображать людьми, которые любят жить в городах, обожают шеринговую экономику и не торопятся заводить семьи. Но достигнув определенного возраста, многие миллениалы стали переезжать в пригороды, покупать машины и дома, заводить детей. То есть, их поведение может объясняться скорее экономическими (или биологическими), а не поколенческими причинами.

Миф 3: Характеристики поколений подходят под возраст

Теория поколений и ее многочисленные продолжения устанавливают четкие диапазоны годов рождения поколений и их последовательность — так, будто это доказанные факты. Но, как отмечают исследователи, «ярлыки поколений и временные отрезки, которые эти ярлыки представляют, часто не совпадают». Например, как показал метаанализ 20 различных исследований по этой теме, временные границы поколений в них расходятся в диапазоне от трех до 9 лет.

Все выглядит еще хуже, когда изначально описывающая поколения США теория переносится на другие страны и культуры. Например, американский термин baby boomer не имеет смысла в странах с другой историей и другими темпами развития. На других континентах могут быть совсем другие «эпохальные события»: в Израиле поколения часто определяются по войнам, в России одним из таких событий была «перестройка», в Китае поколения прагматично называют поколением после 50-х, поколением после 60-х и так далее.

При этом, о тех же «миллениалах» или «зумерах» чаще всего говорят и пишут как о неком глобальном поколении, не имеющем страновых и культурных границ, но обладающем уникальными и одинаковыми характеристиками. Это не значит, что таких характеристик не существует или что их не стоит искать, но есть ряд факторов, которые этому очень мешают.

А именно: 1) неспособность исследователей договориться о временных диапазонах поколений, 2) несоответствия в системах классификации и маркировки, которые их характеризуют, 3) разногласия по поводу конкретных событий, оказывающих решающее влияния на формирование поколений и 4) проблема межкультурной эквивалентности.

Миф 4: Поколения легко изучать

Несмотря на многочисленные попытки изучения поколений и поколенческих различий, они изучены не очень хорошо — потому что изучать их в том виде, в котором они представлены в теории поколений, почти невозможно.

Объясним на примере. Предположим, гипотетическое исследование поколения проводится в 2020 году. Даже если мы максимально сократим диапазон поколения и будем изучать только людей одного года рождения — например, родившихся в 1980-м — мы можем получить данные, которые связаны с возрастом этих людей, а не с их принадлежностью к поколению. Точнее так: на полученные данные одновременно могут влиять эффекты периода (времени проведение исследования), возраста (исследуемых людей) и демографической когорты (отнесенности этих людей к определенной группе). И разделить эти эффекты невозможно.

Если же мы говорим о поколениях, границы которых установлены в диапазоне 20 лет, все становится еще сложнее. Предположим, мы хотим изучить два поколения людей: родившихся между 1981 и 1990 годами («Поколение А») и людей 1991–2000 годов («Поколение Б»). Вариабельность в зависимости от даты рождения в каждом поколении составляет 10 лет, но и возрастной диапазон внутри каждой группы также составляет 10 лет. В поколении А есть относительно молодые люди, которые могут быть отнесены к поколению Б, а поколении Б — относительно молодые, которых можно отнести к поколению А.

Четкой границы между этими поколениями не существует, мы провели ее сами и, таким образом, назначили людей представителями какого-то поколения, а не выявили с помощью доступных нам инструментов, относятся ли они к нему.

Миф 5: На работе поколениями надо управлять по-разному

Об этом много и часто говорят теоретики и практики менеджмента. Здесь есть две главные проблемы.

Во-первых, как отмечалось выше, научные исследования не подтверждают (и не могут подтвердить) существование убедительных и достоверных различий между поколениями. Конечно, в течение жизни люди меняются, на разных этапах карьерах их потребности различаются, но нет доказательств, что эти изменения носят «поколенческий» характер.

Во-вторых, стратегии управления, основанные на теории поколений, могут повышать юридические риски для организаций. В США и многих других странах есть законы, запрещающие возрастную дискриминацию в любом ее виде, и разное отношение к управлению людьми, основанное на их неподтвержденной принадлежности к «поколениям», может иметь неприятные последствия.

При разработке стратегии управления людьми, конечно, не следует игнорировать идею поколений как таковую. Но фокус стоит сместить на управление восприятием поколений и поколенческих различий, с учетом того, что убеждения и ожидания людей относительно поколений и возраста вообще способствуют созданию стереотипов, мешающих работе.

Миф 6: Молодое поколение мешает работе

Жалобы на то, что молодежь ленива, эгоцентрична, капризна и оторвана от реальности повторяются с начала времен, в том смысле жалобы на «зумеров», которые не хотят работать, не уникальны. Как и стенания, что молодые люди своим поведением разрушают целые институты общественной жизни вроде брака или убеждения вроде патриотизма. Сегодня мы виним в этом интернет, забыв о том, как в 1930-х годах источником развращения молодежи было назначено радио.

Но есть более реалистичное объяснение серьезных сдвигов в потребительских предпочтениях или в отношении людей к работе: это вся современная среда с ее инновациями и резкими внезапными изменениями. Возьмем недавний пример: глобальная пандемия значительно повлияла на то, как и где мы теперь работаем. Одних людей уволили или отправили в долгосрочные отпуска (и они были вынуждены искать альтернативные формы получения дохода), другие стали работать больше, но на удаленке и с более гибким графиком, а многие организации просто не успевали за скоростью изменений и не знали, что делать.

К слову, пандемия разрушила многие стереотипы, касающиеся поколений: считалось, что более возрастные работники будут сопротивляться введению новых технологий (в том числе удаленной и виртуальной работы), тогда как молодежь будет преуспевать. Они не оправдались: оказалось, что многим возрастным людям комфортнее работать из дома, тогда как представители молодых поколений часто жаловались на ощущение изоляции и одиночество.

Изменения в работе создают целый набор разнообразных преимуществ и недостатков для людей всех возрастов, нет обоснованных причин винить в этом молодежь или любые другие возрастные группы.

Миф 7: Теория поколений объясняет меняющуюся природу труда и общества

Теория поколений дает удобное и понятное объяснение меняющейся природе труда и общества в целом: мир меняется, потому что меняются поколения. Но удобство и широта применения этой теории еще не делает ее обоснованной.

Поколения сильно детерминированы, и это позволяет предположить, что все их представители взрослеют и стареют одинаково (под воздействием всех тех же «формирующих событий»). Но вся эта концепция не учитывает множество других очевидных факторов (особенности личности, социальная идентичность, социально-экономический статус, здоровье), которые влияют на ценности, установки и поведение людей. Предположение, что принадлежность к поколению стоит выше всех этих факторов, неправдопобно.

Более того, теория поколений предполагает, что некие важные события оказывают формирующее влияние только на молодых, а не на взрослых людей — идентичность которых, согласно еще одной теории, «кристаллизовалась» ранее и больше не менялась. Но многочисленные исследования говорят, что это не так: личность трансформируется на протяжении всей жизни и находится под влиянием внешних условий (например, экономического спада или подъема).

Более рациональным и оправданным выглядит предположение, что возраст, жизненный этап, социальный контекст и исторический период на протяжении всей жизни человека пересекаются, взаимодействуют и создают уникальные и эффекты. Они затем могут выражаться в поведении, ценностях и отношениях, но при этом не являются пассивной и предопределенной функцией поколения.

Миф 8: Теория поколений в целом безвредна

Это совсем не так: подобные обсуждения не безобидны: они способствуют распространению генерализации, которую можно назвать «современным эйджизмом». 

Так же, как современный расизм характеризуется более тонкими и скрытыми, но не менее дискриминационными или тревожными расистскими убеждениями, наклеивание ярлыков на поколения позволяет поддерживать социально приемлемые предубеждения к людям определенного возраста.

Эти убеждения нормализованы, широко распространены, повторяются в средствах массовой информации и в культуре так часто, что начинают выглядеть безобидными. Но генерализация приводит к тому, что на ее основе люди на самых разных уровнях (индивидуальном, организационном, институциональном) начинают принимать решения, которые являются вредными, вызывающими разногласия и потенциально незаконными.

Массовое и постоянное использование ярлыков вроде «зумеры» и связанных с ними стереотипов (легкомысленные, неуверенные, социально неловкие) или «бумеры» (консервативные, ворчливые, не принимающие технологии) только на первый взгляд выглядит безобидным подшучиванием. На самом деле все эти ярлыки и стереотипы постепенно укореняются в исследовательских и политических организациях, узаконивая их использование и делая более вероятным принятие решений, основанных на возрастной дискриминации и разнообразных видах эйджизма.