Картина мира предпринимательницы Ольги Зиновьевой

Ольга Зиновьева — основательница сервиса доставки еды Elementaree, выпускница Гарвардской школы бизнеса и мать двоих детей. Она рассказала Reminder о том, как научилась отдыхать и делегировать задачи. 

💬

В 2014 году, во время становления Elementaree, я очень много впахивала. Три часа сна в день — уже много, а выходных нет. В то время я пыталась успеть все и сразу. Ничего не было понятно и нужно было во всем разобраться. Если спросить, можно ли это было сделать спокойнее — думаю, точно можно было. Но спокойно работать можно, когда у тебя есть четкое понимание, куда ты хочешь прийти и как эта дорога устроена. А когда толком не знаешь, приходится перерабатывать огромный объем информации и задач. Так что не жалею об этом.

Потом ситуация усложнилась. Компания стала больше, у меня появилось много внешних задач: инвесторы, партнеры и переговоры с ними. Я пыталась соединять в себе несоединимое. Это был, наверное, самый сложный период. С одной стороны, я была еще сильно погружена в операционку, с другой — были задачи с внешними контрагентами, которые требовали не пятичасового сидения с Excel, а мыслительной энергии. У меня плохо получалось и то, и другое, и там, и там я чувствовала себя виноватой.

В прошлом году я наконец-то смогла отдать операционку команде и сосредоточиться на фандрайзинговых и партнерских задачах. Баланс поменялся. Я стала больше спать и больше времени уделять семье, а те задачи, которые я долго не могла сдвинуть, стали сдвигаться — каким-то образом.

Уставать можно по-разному: физически или от ответственности, от того, что нужно выработать решения, переговорную позицию. Раньше я думала, что это вообще не работа. Но, когда я занялась этим сама, поняла, что это достаточно утомительно, что от этого тоже нужно отдыхать. Так что с точки зрения часов я стала меньше работать, с точки зрения интенсивности — нагрузка не снизилась. Может, даже повысилась.

Если нормально питаться, заниматься спортом, поддерживать тело в адекватной форме, не пить, не курить, использовать экран только для работы, то можно достаточно долго существовать без срывов. У меня не было ощущения, что все ужасно, что я безумно устала. Это была сознательная инвестиция в проект. Для меня нет проблем, есть задачи. Вопрос в том, как к ним правильно подойти. Если что-то не нравится, нужно принять решение: если это важно и никто другой не сделает — полюбить и сделать, если это кто-то сделает лучше меня — делегировать и отпустить.

Только недавно я поняла, что делегирование бывает разного уровня. Раньше я как бы отдавала задачу, но все равно знала логический путь, который прошли все участники процесса, чтобы ее решить, и периодически вставляла свое веское слово. Этот контроль все равно отнимал много времени у меня и других людей. Во время второй беременности я дошла до второго уровня делегирования: знаю задачи в начале, минимальный набор фактов о том, что происходило в середине, и результаты в конце.

Стандартный путь руководителя в нашей компании такой: человек приходит, идет этап притирки, когда я лезу буквально во все и ищу подтверждения, что человек будет принимать те решения, которые меня устраивают, которые я бы приняла. Что есть, скажем так, mindset близость. Все ключевые руководители в Elementaree выросли изнутри, и этот этап у них пройден. Искренне горжусь, что получилось собрать вокруг себя людей, которые смогли это пройти и выжить.

Естественно, не все смогли — многие отвалились. Был период, когда я уволила не одного человека, а многих. Зато те, кто остались, стали дружной командой. Это как интуиция. Что такое интуиция? Если зайти в сто горящих домов, то в сто первом ты уже будешь знать, когда обвалится крыша — интуитивно. В команде та же история: если ты прошел через пятьсот ситуаций, то в пятьсот первой ты будешь представлять, как будут действовать коллеги и как с минимальными затратами дойти до решения.

Именно в тот момент, когда я перестала лезть в контентную сущность, мы стали с командой говорить о том, как они себя ощущают, как сделать так, чтобы им было интересно и классно работать. Если руководитель дает сотрудникам возможность работать самостоятельно, это дает бонусы. Например, обо всех позитивных и негативных событиях ты узнаешь от самих людей, а не через третьи руки или когда исправлять уже поздно. Люди тебе доверяют, и ты им доверяешь.

Когда проходишь через регулярные кризисы, твоя воля к выживанию и развитию прокачивается. Для себя я выработала простой механизм: всегда рисую в своей голове рисую самый негативный сценарий событий. После этого прорабатываю все позитивные сценарии. И когда негатив отработан, негативный сценарий понятен, меня это успокаивает и стабилизирует.

Один из членов нашей команды недавно запостил цитату. Точно не помню, что-то вроде: «Если оглядываясь на то, что ты выпускал полгода назад, у тебя не шевелятся волосы от стыда, ты не растешь». Для меня показатель того, что я не зря провожу жизнь, — оглянуться назад и удивиться, как я была глупа на тот момент.

Я очень люблю фразу: «Помните, что не получить то, что вы хотите, может оказаться самой большой удачей в вашей жизни». Стараюсь именно так относиться к ситуациям, когда не получаю, что хочу. Например, мы вели переговоры с «Яндексом», и «Яндекс» в результате купил «Партию еды», а не нас. Казалось бы, в этот момент можно было поплакать. Это ситуация довольно опасная: у «Яндекса» другие бюджеты и они перешли к конкуренту. Но в итоге для меня вся ситуация оказалась большой удачей, потому что я смогла осознать, что делала не так, насколько была слаба в переговорах. Только такой удар по голове мог спровоцировать сильные изменения. После этого я сильно поменяла стратегию с инвесторами и уже смогла привлечь тех, кого раньше не могла бы — просто потому, что не знала, как это правильно делать.

Я сторонник подхода Эдисона: «Лампочка не загорелась, значит, нам осталось попробовать еще один раз». Каждый раз, когда тебе что-то нужно попробовать, надо сделать это всего еще один раз. В каждый момент времени все, что тебе нужно — это всего один раз. Да, эта ситуация возникнет у тебя тысячу раз, две тысячи раз, или сколько у Эдисона было, пока лампочка не зажглась, но, по сути, не нужно никакое сверхусилие. Нужно всего лишь еще раз сделать — с учетом предыдущих разов. Так я и стараюсь подходить к задачам. Если бы не было этого подхода, я бы не начала Elementaree и не прошла через все эти кризисы.

По длительности того, сколько я сижу под струей воды, можно определить, насколько сейчас сложный и требующий нестандартных решений момент. У меня в семье очень хорошо умеют это определять… Успокаивающему влиянию воды есть научное объяснение: у тебя отключается лобная доля в мозге, которая отвечает за планирование, за «здесь и сейчас». Наружу пробиваются более древние интуитивные структуры. И тебя отпускает.

Я не так давно поняла, что отдых не прихоть, а производственная необходимость. Когда я осознала, что переключение помогает работать эффективнее, я стала выезжать загород или в отпуск. Приезжаю — и за короткое время нахожу решения, которые до этого долго не могла найти. Плюс выключаю телефон на выходных — чтобы перестать беспокоиться и начать жить.

До сих пор бывают плохие периоды, когда я просыпаюсь с ощущением, что всю ночь работала, как раз тогда, когда не получается переключить голову. Снятся какие-то сценарии развития событий — ощущение, что работаешь круглосуточно. Это сигнал, что пока на природу.

Идеальной баланс между работой и жизнью — это иллюзия. У нас всех слишком мало времени, чтобы не задаваться вопросом: на что я готова или не готова тратить время? Де-факто у меня в жизни нет хобби, того, чем люди занимаются в свободное время. У меня есть бизнес и семья, поездки исходят из потребности либо первого, либо второго.

Все вещи происходят только тогда, когда для них есть все условия. Когда у меня родилась Катя, для меня стало открытием, что она не пойдет и не заговорит, пока не придет то самое время. Ты можешь бегать вокруг нее, не бегать — ничего не поменяется. И тут я осознала, что огромное количество вещей, которые я делала, думая, что они приближают желаемый результат, были весьма бессмысленны, никуда не приближали, а просто создавали у меня ощущение деятельности. Поэтому я развиваю в себе терпение — чтобы не делать так и дожидаться, пока созреют все условия, не беситься и не нервничать.

У меня нет комплекса родительской вины. Вопрос сводится к органичности твоих выборов. Если ты сделал выбор, зачем дальше по его поводу переживать? А маленькие дети лучше всего учатся на примере меня и моего мужа Андрея. У нас нет няни: для нас с мужем важно, чтобы дети росли с нами. Андрей организовал удаленную работу, чтобы быть с детьми, а я иногда беру детей на свою работу — им там весело, они исследуют новое.

В стране, где в списке CEO — очень небольшой процент женщин, проще быть мальчиком. На всех инвесторских встречах сначала надо объяснить, что ты не верблюд. И эта планка очень высокая! Сильно выше для женщин, чем для мужчин. И вот когда ты объяснила, что ты не верблюд, — с этого момента можно начинать разговаривать о делах».

Когда мне было двадцать, я работала в McKinsey и носила офисные костюмы, рубашки на запонках. Потом поняла, что это не мое и наоборот стала делать, как мне комфортно: носить ту одежду, в которой мне хорошо, вести себя, как мне привычно. Я люблю юбки и платья, а не костюмы, не боюсь рассказать о семье и о детях, поднимать тему грудного вскармливания — такие обычные, жизненные, настоящие вещи. Это помогает быстрее сломать преграду и превратиться из абстрактной женщины — в Олю, которая делает это, любит это, и у нее уже получилось вот это. Это лучше решает проблему, чем пытаться быть строгой или пытаться быть «мужчиной».