Не только «спасибо маме и папе»: чему учат речи победителей «Оскара»

Благодарственная речь на «Оскаре» — один из самых формальных жанров публичного высказывания. Жанр настолько ритуализирован, что воспринимается почти как протокол: спасибо родителям, спасибо режиссеру, спасибо агенту. Большинство этих речей забываются еще до следующей рекламной паузы. Но иногда в протоколе возникает прореха — и сквозь нее вдруг проглядывает что-то настоящее. Под впечатлением от вчерашней церемонии мы вспомнили несколько таких моментов.

Детская радость

В 1999 году «Оскар» за лучшую мужскую роль получил итальянец Роберто Бениньи, автор необычной комедии о концлагере — «Жизнь прекрасна». Бениньи написал сценарий фильма, поставил его как режиссер и сам сыграл главную роль отца, который ради выживания маленького сына превращает арест семьи, заключение в концлагере и собственный расстрел в веселую игру.  

Перед объявлением победителя актер Иэн Маккеллен — один из пяти номинантов в той же категории — шепнул соседу по ряду Нику Нолте: если победит «этот маленький итальянский пердун, он точно устроит нечто». И Бениньи не подвел. 

Услышав свое имя, он вскочил и двинулся к сцене не через проход, а прямо по спинкам кресел, перешагивая через Стивена Спилберга, Джуди Денч и Тома Хэнкса. Со сцены он заявил присутствующим: «Я бы хотел стать Юпитером, похитить вас, как Европу, возлечь с вами на небосводе и заняться любовью со всеми, потому что не знаю, как еще выразить свои чувства». Как потом признался Ник Нолте, это был самый веселый вечер в его жизни. 

Погоня за самим собой

До «Даласского клуба покупателей» Мэттью Макконахи был известен главным образом по романтическим комедиям. Но в 2014 году неожиданно получил «Оскар» за роль совсем не романтичного техасского электрика Рона Вудруфа, у которого в 1985 году диагностировали СПИД. Оставшиеся семь лет его персонаж нелегально возил из Мексики незарегистрированные медицинские препараты и перепродавал их таким же больным. Речь Макконахи произнес тоже неожиданную. Рассказал, что в 15 лет кто-то спросил его: «Кто твой герой?» Он попросил две недели на размышление и ответил: «Я сам через десять лет». В 25 лет тот же человек снова спросил его: «Ну что, теперь стал героем?» «Нет, —  с фирменной интонацией сказал Макконахи. — Потому что теперь мой герой — это я в 35 лет. Мой герой всегда на десять лет впереди. Я никогда его не догоню — и меня это вполне устраивает, потому что мне всегда будет за кем гнаться». 

Минута самообладания

В 2017 году финал церемонии превратился в один из самых абсурдных моментов в истории «Оскара». Ведущие Уоррен Битти и Фэй Данауэй вскрыли конверт и объявили победителем в номинации «лучший фильм» мюзикл «Ла-Ла Ленд». Команда фильма вышла на сцену, начала произносить речи. И в этот момент выяснилось, что ведущему дали не тот конверт — на самом деле победил «Лунный свет». Все затаили дыхание в ожидании взрыва эмоций. Но продюсер фильма Фред Бергер, только что закончивший традиционную благодарственную речь, спокойно добавил: «Да — мы проиграли, кстати». А его коллега Джордан Хоровиц лично пригласил команду «Лунного света» на сцену и вручил им статуэтку. Режиссер «Лунного света» Барри Дженкинс потом сказал, что это произвело на него даже более сильное впечатление, чем сама победа.

Внезапное откровение

В 2021 году Дэниел Калуя получил «Оскар» за роль лидера «Черных пантер» Фреда Хэмптона и начал произносить со сцены серьезную речь о борьбе за гражданские права. Но вдруг резко поменял тон и сказал: «А вообще, давайте порадуемся жизни! Мы дышим, мы ходим — это фантастика. Моя мама встретила моего папу, они занялись сексом, и вот я здесь! Это же чудо!» Потом Калуя объяснял журналистам, что это же «совершенно очевидно — все мы тут только благодаря тому, наши родители в какой-то момент решили заняться любовью». Может, и очевидно. Но никто до него не говорил об этом со сцены киноакадемии. 

Живой хаос

На нынешней церемонии «Оскар» за лучшую женскую роль получила ирландская актриса Джесси Бакли, сыгравшая в фильме «Гамнет» жену Шекспира, потерявшую одиннадцатилетнего сына. Свою речь она начала с того, что в Великобритании, где она живет, сегодня празднуется День матери — и это для нее символично: всего через неделю после завершения съемок она узнала, что беременна. То есть все время, пока она играла мать, оплакивающую ребенка, она сама носила ребенка. Потом она вдруг рассказала, что ее дочь Исла, которой нет и года, «наверное, сейчас видит сны про молоко и понятия не имеет, что происходит». Речь была сбивчивой, смешной и местами нелепой. Но со сцены вдруг повеяло настоящей жизнью, а ради этого эффекта и снимают кино.