У «самого обследованного человека в мире» обнаружили аутоиммунный гастрит. Что это за болезнь?

48-летний американский предприниматель Брайан Джонсон вот уже несколько лет он тратит около $2 млн в год на проект Blueprint — попытку затормозить и обратить вспять собственное старение. За его состоянием следит команда врачей: он регулярно сдает анализы на сотни показателей, ежедневно принимает десятки БАДов и препаратов и называет себя «самым обследованным человеком в истории». Но в мае 2026 года у Джонсона неожиданно диагностировали аутоиммунный гастрит — болезнь, при которой иммунная система атакует слизистую оболочку желудка.

Ее считают неизлечимой: терапии, которая останавливала бы сам аутоиммунный процесс, официально не существует. Джонсон отказался просто наблюдать за болезнью и опубликовал собственный план — попытку ее вылечить. Мы поговорили с гастроэнтерологом и гепатологом Софьей Бакаевой из клиники «Эксперт» о том, как при под столь тщательном медицинском наблюдении Джонсон мог годами не знать о заболевании, откуда оно берется и насколько реалистична его стратегия лечения.

— Как получилось, что человек, который постоянно обследуется и находится под наблюдением десятков врачей, годами не знал о таком заболевании? Аутоиммунный гастрит действительно так трудно обнаружить? 

— Тут все объясняется довольно просто. Но по одному анализу крови, МРТ или УЗИ эту болезнь не обнаружить. Общий анализ крови может только дать повод ее заподозрить — например, если в нем уже появились признаки анемии. Аутоиммунный гастрит — это диагноз, который требует морфологического подтверждения. Для его постановки недостаточно даже гастроскопии: нужно взять биопсию — образцы ткани слизистой желудка — и увидеть под микроскопом характерные изменения. 

Поэтому аутоиммунный гастрит действительно может долго оставаться незамеченным. Но не потому, что это какая-то полностью скрытая болезнь. Иногда подсказки есть. У Джонсона, например, годами держался низкий ферритин — то есть были снижены запасы железа, хотя явной анемии могло еще не быть. У мужчины его возраста латентный дефицит железа сам по себе требует объяснения. Врачи, которые его вели, к сожалению, не задались вопросом, откуда у него этот дефицит. 

Кроме того, у Джонсона уже было диагностировано аутоиммунное заболевание щитовидной железы, а аутоиммунные болезни нередко сочетаются друг с другом. Поэтому врач мог бы задать вопрос: не скрывается ли за дефицитом железа еще и аутоиммунный гастрит? 

— Что это за болезнь, как она себя проявляет?

При аутоиммунном гастрите иммунная система атакует париетальные клетки тела желудка. Эти клетки выполняют две важные функции: вырабатывают соляную кислоту и белок, без которого организм не может нормально усваивать витамин B12. Когда париетальные клетки повреждаются, кислотность желудочного сока снижается. А нормальная кислотность важна для всасывания железа. 

Поэтому дефицит железа при аутоиммунном гастрите может появиться раньше, чем B12-дефицитная анемия. Симптомы вроде усталости, слабости и неврологических нарушений обычно сопровождают уже B12-дефицитную анемию — состояние поздней стадии болезни. Не уверена, что на ранней стадии человек вообще заметил бы что-то подобное.

Низкий ферритин у мужчины — сам по себе повод для комплексного обследования: нужно исключить кровопотерю, инфекцию H. pylori, целиакию, воспалительные заболевания кишечника, опухоли желудочно-кишечного тракта и нарушения всасывания, включая аутоиммунный гастрит. По рекомендациям Американской гастроэнтерологической ассоциации, у пациентов с необъяснимым дефицитом железа или витамина B12 атрофический гастрит должен быть в списке дифференциальных диагнозов. 

— Насколько велика тут роль наследственности? 

— Корректно сказать так: аутоиммунный гастрит развивается у генетически предрасположенного человека. По современным представлениям, для этого нужно сочетание нескольких условий: генетической предрасположенности, факторов среды и нарушения иммунной толерантности, то есть способности иммунной системы отличать свои ткани от чужих. И здесь важно то, о чем я уже говорила: у Джонсона маркер риска был налицо — другое аутоиммунное заболевание, аутоиммунный тиреоидит. Это заболевание щитовидной железы, при котором иммунная система атакует ее клетки. 

Аутоиммунные заболеваниями щитовидной железы нередко сочетаются с аутоиммунным гастритом. Поэтому в план обследования при аутоиммунном гастрите обычно входит анализ на ТТГ — тиреотропный гормон, по которому врачи оценивают работу щитовидной железы. Схематично это выглядит так:  у человека есть полигенная предрасположенность — то есть не один «ген аутоиммунного гастрита», а сочетание многих генетических вариантов, которые вместе повышают риск аутоиммунной реакции. Если к этому добавляются иммунные триггеры, у человека может развиться болезнь. Одним из возможных триггеров считают инфекцию H. pylori, потому что она вызывает хроническое воспаление слизистой желудка.

— Джонсон практикует экстремальную самооптимизацию — строгие диеты, десятки добавок, эксперименты над организмом. Могло ли это спровоцировать болезнь или ускорить ее? 

— Вряд ли в этом виноваты строгие диеты, обилие добавок, сауна, гипербарическая оксигенация или тренировки. На сегодня у нас нет убедительных данных, что эти факторы вызывают аутоиммунный гастрит.

— А эксперименты с переливанием крови? Как известно, Джонсон на протяжении нескольких лет переливал  себе «молодую кровь» собственного сына. Могли ли такие процедуры спровоцировать аутоиммунную реакцию? 

— Нет прямых доказательств, что переливание крови могло вызвать аутоиммунный гастрит. Да, с такими процедурами связывают риск трансфузионно-ассоциированной болезни. Когда донор — близкий родственник, иммунная система не успевает уничтожить донорские лимфоциты, и они могут атаковать ткани. Но это состояние развивается как острое осложнение процедуры, а аутоиммунный гастрит — процесс медленный, растянутый на годы. Одно с другим по времени просто не совпадает.  

— Аутоиммунный гастрит считается неизлечимым. Но Джонсон опубликовал план лечения. Насколько он научно обоснован и реалистичен?

— В современной гастроэнтерологии при таком диагнозе рекомендуются три главные вещи. Во-первых, надо исключить инфекцию H. pylori, а если тест положительный, то ее пролечить. Во-вторых, нужно скорректировать дефициты железа и витамина B12, и проводить на регулярной основе эндоскопическое наблюдение. 

Команда Джонсона хочет сначала найти иммунные клетки, которые атакуют слизистую желудка, затем с помощью ИИ-моделей и лабораторных тестов подобрать способ воздействия на них, а после этого попробовать экспериментальную терапию, которая должна точечно подавить, перенастроить или уничтожить эти клетки. 

План в целом понятен с точки зрения исследований, но удивляет то, как он представлен. Он подается так, как будто аутоиммунный гастрит уже сейчас, в 2026 году, можно устранить с помощью инженерии иммунных клеток. Это вряд ли возможно. Кроме того, Джонсон ставит целью не лечение от последствий болезни, что в его случае было бы логичнее, а устранение самой аутоиммунной основы процесса. Для перспективных исследований такой подход может быть интересен, но как метод практической медицины сегодня он выглядит сомнительно. И здесь всегда есть риск принять изменения в анализах за доказательство того, что экспериментальное лечение действительно позволяет контролировать болезнь.

— Джонсон хочет дожить до 150 лет. Насколько болезнь сократила его шансы? Какие основные риски она несет в долгосрочной перспективе?

— Наличие аутоиммунного гастрита не означает, что человек обречен. Самое важное здесь — грамотное наблюдение: контроль уровня железа и витамина B12, регулярная гастроскопия и оценка риска новообразований. Основные долгосрочные риски — это железодефицит, дефицит B12 и связанные с ним неврологические проявления, развитие нейроэндокринных опухолей, а также несколько повышенный риск аденокарциномы желудка.