ОТЧЕТВСЕ О ПСИХОТЕРАПИИ

«Ваша печень слегка психует». Почему мы испытываем похмелье и как от него избавиться

Журналист Шонесси Бишоп-Столл испробовал на себе все известные способы стать бодрее после бурной вечеринки

«Ваша печень слегка психует». Почему мы испытываем похмелье и как от него избавиться
Marjan Grabowski / Unsplash

Похмелье — одно из самых распространенных и сложноустроенных заболеваний, известных человеку, утверждает канадский журналист и активный исследователь состояний, вызванных алкоголем, Шонесси Бишоп-Столл. При этом толком похмелье не изучено, а научно доказанных методов борьбы с ним крайне мало. Официальная медицина обычно советует страдающим от переизбытка спиртного смириться со своей участью и просто ждать, зато неофициальная предлагает множество способов. От приема активированного угля до вечеринки и до экзотических: принять пару капель эфирного масла с библейской миррой. Бишоп-Столл, рискуя здоровьем, перепробовал практически все эти способы, о чем написал книгу, которая так и называется «Похмелье. Головокружительная охота за лекарством от болезни, в которой виноваты мы сами». Reminder публикует отрывки из нее.

Вы выныриваете из сна о пустынях и демонах в полусознательное состояние. Во рту песок. Голос зовет издалека, будто из той самой мутной пустыни. Он молит дать воды. Вы пытаетесь пошевелиться, но не получается.

Но на самом деле ваш мозг не увеличивается, напротив — он резко сжимается. Пока вы спали, обезвоженному телу пришлось сцеживать воду откуда только можно, в том числе из килограмма сложно устроенного мяса, содержащего ваше воспаленное сознание. Поэтому сейчас ваш мозг, чудовищно сжатый, тянет за мембраны, соединяющиеся с черепом, вызывая чертову боль, дергающую за ниточки все ваше существо.

Алкоголь — это мочегонное. Прошлой ночью  вы перебрали, и теперь он мешает телу поглощать воду. Вместе с H20 ушли и другие вещества — электролиты, калий, магний, — благодаря которым функционируют ваши клетки (то есть вы). Выходит, у непрекращающегося сигнала, который посылает ваш высушенный мозг, есть смысл: тебе нужна вода!

Сделав над собой сизифово усилие, вы поднимаете голову. Комната начинает кружиться. В баре прошлой ночью все тоже кружилось, и это было совсем не похоже на веселую дискотеку. Скорее на адскую карусель, с которой невозможно слезть. Когда вы закрыли глаза, стало еще хуже — вверх и вниз, все быстрее и быстрее вы кружите на дьявольском пони.

Причина всей этой свистопляски (помимо выпитого алкоголя) — рыба, которая выползла на сушу 365 миллионов лет назад и стала физиологическим предшественником всех видов животных, включая наш. Ее плавники стали когтями, лапами и пальцами. Ее чешуя — перьями, мехом и кожей. А ее челюстная кость, содержащая таинственное желеобразное вещество, что древнее начала времен, стала вашим внутренним ухом, в котором есть микроскопические клетки, похожие на волоски. Они измеряют движение этого желе, посылая мозгу сообщения о звуках, наклоне головы и ускорении. Вот почему весь мир кружится. В сущности, это морская болезнь на суше.

Алкоголь похож на пирата. Он любит приключения — какое-то время вы будете плыть по течению, пока внезапно он не возьмет вас на абордаж и не вытряхнет из вас все дерьмо, особенно когда достигнет вашего внутреннего уха. Алкоголь гораздо легче, чем это странное древнее желеобразное вещество, ответственное за равновесие. С алкоголем невозможно поладить и договориться, он будет гонять по вашему организму до тех пор, пока голова кругом не пойдет. Тогда-то ваше тело попытается найти неподвижную точку на воображаемом горизонте. Прошлой ночью, когда вы закрыли глаза в надежде, что кружение прекратится, ваши зрачки продолжали метаться слева направо — следя за этой несуществующей точкой.

На следующее утро большая часть выпивки уже покинула организм; остатки сжигаются, расщепляются и выходят через кровеносную систему. Поэтому теперь гонка в вашем внутреннем ухе происходит в обратную сторону, а мир кружится в противоположном направлении — в этот раз ваши глаза мечутся влево. Это одна из причин, почему, останавливая водителей на дороге, полицейские светят им в глаза фонариком. Увидев направление движения зрачков, они могут определить, пьяны ли вы, с похмелья или лучше всего — ни то ни другое.

Не то чтобы сейчас вас это заботило: вращение есть вращение, и хотелось бы его остановить. Да, может, вы и перебрали, но не стоит винить себя в том, что происходит теперь. Ничего бы не было, будь у этой дурацкой древней рыбины другое желе — или если бы она просто осталась в воде, где ей и место. Ладно, теперь вы становитесь раздражительными — даже слегка неразумными. Во многом это связано с истощением и отходняками от спиртного. Вы, может, и отрубились, но не отдохнули. Как только седативный эффект рассеялся, никакой возможности достичь глубоких и глубоко необходимых фаз сна не осталось. В похмелье усталость играет не меньшую роль, чем обезвоживание.

Даже сейчас, когда сигнал о жажде врывается помехами в сознание, вы падаете обратно на кровать в надежде, что есть шанс, хоть малейший шанс, что вы сможете заснуть и видеть сны не о воде в пустыне. Впрочем, в этот раз, когда вы закрываете глаза, вращение уходит. И теперь вы начинаете чувствовать все, что происходит в животе.

Прошлой ночью алкоголь в какой-то момент прорвал слизистую оболочку вашего желудка. Теперь ваши клетки объяты пламенем, и желудок вырабатывает слишком много соляной кислоты — то же вещество используют для снятия краски и полировки камня. То есть мало того, что вы на пике обезвоживания и усталости, у вас еще и живот полон промышленного очистителя. И горят сейчас не только клетки вашего желудка. Остальные органы тоже полыхают, они опухли и растягивают стенки почек, печени, поджелудочной железы и так далее, мешая им выводить токсины и всасывать питательные вещества и воду, даже если вам удастся ее в себя влить. Но, говоря откровенно, не только алкоголь делает это утро таким жестким. Дело еще и в том, как ваш организм пытается ему противостоять.

Печень командует войной против ядов в вашем теле. Для того чтобы справиться с принятым алкоголем, она выслала отряды камикадзе — свободных радикалов. Миссия выполнена, и они должны быть нейтрализованы. Но если вы продолжали пить, то призыв свободных радикалов не останавливался. Так что битву вы, может, и выиграли, но теперь по вашему телу скитаются мятежные убийцы в поисках драки…

Отчаянно пытаясь обуздать радикалы и вернуть контроль над ситуацией, ваша печень слегка психует — и в результате образуется ацетальдегид. Точно так же работает одно из самых жестких лекарств в истории человечества. Дисульфирам был создан для борьбы с серьезными формами алкоголизма. В сочетании с алкоголем он вызывает такую сильную головную боль и рвоту, что даже у самого отъявленного пьяницы пропадает желание сделать еще глоток. На протяжении десятилетий единственным медикаментозным способом борьбы с алкоголизмом был рецепт для мгновенного, безжалостного похмелья — оно-то в легкой форме и происходит сейчас с вами: боль и тошнота до тех пор, пока мозг не забудет о воде и станет молить о пощаде.

Но, конечно, все это — лишь физиология; худшее впереди. Пытаясь свернуться в позу эмбриона, вы ощущаете что-то под собой. По ощущениям похоже на рыбу, но это — ваша душа. И ваша хлюпкая душа изнывает и смеется, как будто бы вы сами сотворили с собой такое. Впрочем, так оно и есть.

Мало чем люди могут сами себе навредить так быстро, как алкоголем и наркотиками. Отчасти поэтому, когда телесная боль проходит, душевная травма усугубляется. Да, качество и количество выпитого могут влиять на физические аспекты вашего похмелья. Но то, насколько вы были веселы, принимая увеселительные напитки, часто предрешает дальнейшее душевное состояние. Вот почему похмелья типа «Я выиграл „Оскар“! Суперкубок! Сорвал куш!» и «Я потерял работу/девушку/тысячу баксов в блекджек» ощущаются настолько по-разному. Сейчас у вас второй вариант. И постепенно боль и тошнота станут казаться вам долгожданным избавлением от мыслей, роящихся в голове, словно рыбье желе из допотопных времен или чертовы пустынные демоны:

Ты растратил свой потенциал.

И еще один день жизни.

Ты никогда не найдешь другую девушку.

У тебя наверняка рак печени.

И ты умрешь в одиночестве.

Но прямо сейчас тебе, блин, просто нужно поблевать.

Добро пожаловать в похмелье.

Шоковая терапия: как быстро прийти в себя

Несколько лет назад мой лучший друг Васко назначил меня ответственным за организацию его мальчишника. Эта затея обернулась полным безумием. Нас было человек десять, мы забили машины веществами, напитками и огнестрельным оружием и поехали в лесную хижину на север от Ванкувера.

Начали мы засветло и усугубляли очень долго. Это было еще до того, как я сколько-нибудь серьезно занялся исследованием похмелья, зато местность я изучил внимательно. На следующий день мы повылезали из кустов и оврагов и направились в сторону места, которое я отметил на карте. Карты этой части Канады не похожи на карты остального мира — по ним по-прежнему приходится идти, счисляя путь. С адского бодуна мы тянули друг друга вперед по лесу, скользили подошвами по краям утесов, пока наконец не услышали раскатистый гул ледникового водопада.

В Канаде есть места, где в силу особенностей рельефа, гравитации и вселенской магии вода, которой следовало бы превратиться в лед, не замерзает, а низвергается со скал — и так тысячелетиями. Вода точит камень и образует ледниковые бассейны, глубокие настолько, что даже дна не достать — по крайней мере, не замерзнув до смерти. Если вам приспичило окунуться в жидкий лед, то это идеальное место. А лучшего повода, чем разогнать похмелье после мальчишника, и не придумаешь. Во всяком случае, так мне тогда казалось.

Однако, прежде чем мы доберемся до водопада и спустимся по последнему склону к бассейну, позвольте поведать вам, что я узнал с тех пор. В самом первом эпизоде телешоу National Geographic «Укуси себя за локоть» два здоровых молодых человека провели интенсивную тренировку, куда входили бег на короткую дистанцию, силовые упражнения и как можно больше отжиманий. Затем героям дали двухминутный перерыв, при этом одному из участников пришлось нырнуть в ледяной океан. При повторном выполнении того же комплекса упражнений участник, который мерз в океане, сделал куда больше отжиманий, чем его партнер. На этом, насколько я помню, дело не закончилось, однако результаты и выводы были примерно следующие: низкие температуры активируют то, что мы называем механизмом «бей или беги», который провоцирует выброс адреналина.

Доктор Герман Хайзе и его коллеги в статье, опубликованной в «Журнале Американской медицинской ассоциации», пришли к заключению, что в условиях чрезвычайной ситуации индивид в состоянии опьянения действительно способен проявлять себя с более сознательной и на первый взгляд трезвой стороны. «Причина быстрого отрезвления, — отмечают они, — в эпинефрине, который в большом количестве выделяет надпочечная железа. Гормон временно нейтрализует действие алкоголя, но не снижает его процентное содержание в биологических жидкостях организма».

Эпинефрин — это адреналин. Поэтому создается впечатление, по крайней мере у меня, что «период быстрого отрезвления», вызванный реакцией «бей или беги», для похмелья значит не меньше, а то и больше. Доктор Стивенс из Манчестера признает, что моя теория не лишена смысла: «Если организм испытывает стресс, сердце начинает биться быстрее и кровообращение ускоряется. Следовательно, глюкоза, которой вам так недостает при похмелье, попадает всюду, где она так нужна. Это не лишено смысла». Итак, может ли всплеск адреналина (например, во время купания в жидком льду или прыжка с очень высокого здания) привести к полной физиологической перезагрузке? «Вполне вероятно, — отвечает Стивенс. — Но не представляю, как это можно доказать...»

На следующее утро после мальчишника мы, петляя и спотыкаясь, спустились по обрамленному деревьями утесу вдоль тридцати метрового водопада, пока не достигли его бурлящего ложа. Затем, мандражируя каждый по-своему, мы махнули в ледяной водоворот. Никогда не забыть мне лицо Ника, брата Майка — татуированного чертяки спартанской закалки, — и как он с воплями выкарабкался из воды! Глаза у него выглядели как у песчанки в колесе под напряжением. Лично меня холод ошеломил и взбодрил аж до боли. Нас было десять человек, и мы все прыгнули, ошпарились холодной водой и заорали.

Потом мы вылезли и пустились в долгий обратный путь. По дороге мы смеялись, умиротворенные и помолодевшие, расслабленные и счастливые, так что идти наверх оказалось несравнимо легче, чем вниз. Мы были готовы встретить новый день.

Книга предоставлена издательством Individuum. Приобрести ее можно здесь.

Вы уже оценили материал