
Liza Summer / Pexels
Можно ли сделать верный выбор, руководствуясь своими
желаниями, а не логикой? Можно, уверен психолог Леонид Кроль. В книге «Найти себя» он отвечает на этот и другие вопросы, рассказывая истории клиентов, искавших на них ответы. Reminder публикует с сокращениями одну из них — о том, как научиться принимать решения с минимумом трудозатрат, используя, как называет это Кроль, интуицию.

Ульяну я заочно знал давно. Она веселая, деятельная, немного заполошная и смешная, пишет в блоге симпатичные тексты, на которые всегда много откликов и комментариев, обожает моду и любые новые тренды. Поэтому, когда Ульяна обратилась ко мне за консультацией, я обрадовался возможности познакомиться.
— А проблема у меня такая, — начала Ульяна. — Никак не могу сделать выбор. Это, собственно, не ново — мне вообще выбор трудно дается. Причем все равно, каких масштабов выбор. Вино, шкафчик на кухню или замуж — одинаково трудно. Я всегда хочу и то, и другое, как Винни-Пух, и можно без хлеба.
— Одинаково? — усомнился я.
— Нет, шкафчик труднее всего, их нельзя выбрать два, — хохотнула Ульяна и тут же снова стала серьезной. — В общем, сейчас выбор крупнее некуда. Дети зовут к себе во Францию, а я... и не знаю. Недавно наконец стала жить за городом, обустраиваюсь. Цветочки посадила. Да ладно цветочки — кустики! Вот уеду я, а как же мои кустики?!
— Кустики — это серьезно. Не уезжайте.
— Ага, «не уезжайте». А там, в Клермоне, я буду свободна как ветер. Уйду на удаленку. Буду путешествовать по Европе, загляну во все уголки... Замки Луары, представляете?!
— Замки — это круто. Надо ехать.
— Ну, везде свои плюсы и минусы, или, как говорила моя профессор, мисы и плюнусы. Для отъезда, как выяснилось, много бюрократических процедур нужно пройти. И еще: жить там сейчас будет не очень удобно по ряду причин... придется какое-то время с детьми в одной квартире...
— Проще здесь.
— Ох, а как подумаю, что здесь-то ведь придется продолжать на работу ездить каждый день, да еще из пригорода — я еще толком не пробовала так жить, — а закончится удаленка, начнутся пробки, такая тягомотина... и дети там, а я здесь... и вообще — политика, и все такое...
— Лучше туда.
— Вы смеетесь, а я сижу, расписываю преимущества и недостатки, взвешиваю то одно, то другое... Я ведь не страну выбираю, даже не образ жизни, понимаете. Я выбираю — себя там или себя здесь. Это две разные Ульяны, и я не знаю, какая мне больше подходит.
— Вы гениально выразились сейчас, — сказал я.
— Это я умею. А выбирать — не очень. Муки мучительские.
— Ульяна, — сказал я. — Вот по большому счету, если бросить все эти мисы и плюнусы, куда вы хотите больше? Навскидку? Вот первое, что на ум приходит?
— Ни туда ни сюда, — честно сказала Ульяна. — Я не хочу ехать и не хочу оставаться. Я вообще не хочу делать выбор. Можно, я не буду? Можно, оно как-нибудь само? А?
•••
Уехать или остаться? Продать бизнес или не продавать? И как быть, если стоишь на развилке и не видишь себя ни на одной из дорог, которые лежат перед тобой, а назад пойти невозможно? Как сделать выбор и найти себя будущего?
Необходимость выбора — ситуация стресса. С таким стрессом разные люди справляются по-разному. Одни рубят сплеча, чтобы долго не мучиться. Другие долго взвешивают все за и против, применяют рационализацию, чтобы ничего не упустить. Третьи, как Ульяна, пытаются интуитивно представить себя в предлагаемых обстоятельствах, примерить их (это и мой любимый путь). У Ульяны отличное воображение, она, как и многие, от природы владеет техниками примерки и квеста, о которых я пишу в главах 1 и 8. Она говорит, что видит себя и ухаживающей за кустиками на участке у дома, и путешествующей по европейским дорогам. Но все равно Ульяна сомневается и не понимает, какую себя ей все-таки выбрать.
Откуда же в нас эти муки выбора и колебания?
Навык выбирать развит не у всех. Многие, как ни странно, просто не привыкли, не научились делать выбор. Мы учим ребенка делать выбор, спрашивая, какую одежду он хочет надеть, что будет есть на завтрак — кашу или творожок. Но самостоятельно выбрать вуз, профессию или спутника жизни получается уже не у всех — многие действуют в соответствии с желанием родителей, парня, «сложившимися обстоятельствами». Чтобы сделать выбор, надо не просто знать, чего я хочу, но и уметь ранжировать свои желания — этого хочу больше, этого меньше, это сделаю сейчас, а это потом — и принимать ответственность за последствия.
Выбор — это затраты энергии. В современных корпорациях есть понятия run и change (текущая деятельность и развитие). Внутри каждого человека тоже есть свои run и change. И run обычно побеждает. Выбирая run, мы считаем, что на change не хватит энергии. Иногда так и есть, но во многих случаях мы преуменьшаем свои возможности.
Выбор — это утрата. Большую часть времени люди (не все, но многие), как правило, ощущают себя как нечто целостное. В момент выбора эта целостность как бы раздваивается: «один я» покупаю белое вино, а «другой я» берет красное. И даже когда выбор уже сделан, «другой я» в каком-то смысле продолжает стоять у полки с альтернативной бутылкой. Пример с вином взят для простоты. В случае выборов сложных, экзистенциальных мы тоже как бы оставляем часть себя на развилке. Мы заранее понимаем, что с чем-то придется попрощаться. А это болезненно — даже если преимущества одной из альтернатив очевидны. Выбор — расставание с некоторыми возможностями и необходимость принять боль утраты. Вот почему мы медлим на развилке: перспектива расстаться с одной из дорог пугает нас сильнее, чем драйвят возможности другого пути.
Выбор — мешанина из осознанных и неосознанных стратегий. Многие из нас убеждены, что, когда перед нами выбор, лучшее, что мы можем сделать, — задействовать интеллект, взвесив все за и против. Но ведь мы не всегда осознаем ситуации выбора. Как правило, мы выбираем еще до того, как поняли, что делаем это. Но, если дело доходит до осознания выбора и альтернатив, мы вдруг становимся очень умными и считаем, что должны выбирать головой, а не на эмоциях. Меж тем импульсы и эмоции — один из лучших быстрых индикаторов правильного выбора, и мы чувствуем, что без них нам никак не обойтись. Как говорится, «сердце шепчет», «нутром чуем». Таким образом, две стратегии принятия решений конкурируют, вместо того чтобы нам помогать.
Выбор — трудный момент для тех, кто не может опираться на субъективность. Неправильные выборы часто делаются по причине того, что называют «объективными соображениями» и что на самом деле — просто предрассудки или общественное мнение. Например:
«В Европе лучше, чем в России» (для кого или для чего лучше?).
«Женщине с моей фигурой лучше не носить яркие платья» (купим десятое черное и пусть висит ненадеванным).
«Недвижимость — самое надежное вложение средств» (если не важна ликвидность и доходность...).
То, какой выбор мы сделаем, будет влиять на нашу жизнь. А значит, субъективные критерии важнее объективных.
Чтобы облегчить себе выбор, стоит учитывать все эти препятствия и предпринимать следующее:
Когда едешь в горах по железной дороге, поезд часто ныряет в тоннели. Вокруг становится темно, зато после тоннеля обычно вас встречают самые красивые пейзажи. Выбор — как тоннель: в нем неизвестность, и часто человек опасается в него въехать, страшится этого перехода и того, что будет чувствовать себя глупо, жалеть о своем решении. Чтобы не бояться выбора, нам нужно научиться иметь дело не только с вычеркиванием плюсиков и минусиков, но и с таким инструментом, как интуиция.
•••
— В общем, я все перепробовала, но так никуда и не продвинулась, — сообщила мне Ульяна.
— А интуиция вам ничего не говорит?
— Я в нее не верю. Она меня столько раз обманывала, что я ее больше не слушаю.
— Мне кажется, с интуицией происходит приблизительно то же самое, что и со звонками из одного известного банка: вместо нее часто говорят мошенники. На самом деле интуиция — не магия, а очень простая штука. Интуиция помогает, когда у нас недостаточно данных для рационального анализа или нет времени анализировать. Когда вы ведете машину по шоссе, вы смотрите вперед. Это ваше рациональное мышление. И вдруг вы краем глаза видите, как что-то промелькнуло на обочине, и мигом дорисовываете картинку: это собака. Так работает интуиция.
— А как понять, интуиция это или нет?
— Опыт, — сказал я. — Вы много раз видели собак, частенько — собак на обочине. Почему, по каким признакам вы отличаете ее от пенька, не так важно. Можно было бы провести сложный анализ, но у нас нет времени и возможности, мы смотрим на дорогу. На счастье, наш мозг может быстро получить скудные сигналы, обработать неполную информацию и помочь распознать собаку без всякого анализа.
Ульяна поморгала.
— Значит, чтобы интуиция помогла мне принять решение, нужно... перестать смотреть прямо на задачу? Смотреть куда-то еще, а задачу оставить на обочине?
— Примерно так, — кивнул я. — Когда вы фиксируетесь, вы концентрируетесь на альтернативах вашего выбора, напряжение становится слишком сильным, и вы видите только то, на что смотрите в упор. Вы не рассматриваете ситуацию в более широком контексте. Не замечаете за деревьями леса. А этот фоновый лес при принятии решения может быть очень важным. В нем скрываются незаметные, но важные детали. Недаром важные решения иногда приходят к нам, когда мы дремлем, принимаем душ, ведем машину. Мы «отпускаем» наш ум на свободу, даем ему возможность порезвиться в поле свободных ассоциа- ций. Вот тут-то, без нашего контроля, он и начинает работать как надо.
— У меня такое бывало! А еще, что обиднее, бывало, когда я сначала хотела все сделать правильно, а потом начинала все обдумывать заново, и меняла решение на ошибочное.
— Ну, ошибок бояться не стоит, — сказал я. — И вот этого состояния, когда вы ходите в неопределенности, без решения, — тоже. Конечно, оно может мучить, но, видимо, быстрее вам никак. Только хорошо бы получить от него пользу, да и мучиться можно поменьше...
Человек привык делать выборы логически, сокращая усилия. А интуиция состоит в том, что благодаря серии нецелесообразных шагов обнаруживается что-то неожиданное. Люди с развитой интуицией знают, насколько велика роль случайностей. Мы можем случайно найти работу, случайно познакомиться с будущим мужем или женой, случайно решить сложнейшие задачи. Весь фокус в том, что эти случайности хорошо подготовлены. Интуитивное решение всегда таким и бывает: целенаправленное моделирование ситуации — и случайное совпадение, которое не могло не произойти. Часть шагов делается в полной ясности, а часть — в тумане, в области неизвестности. Именно в этом и состоит доверие интуиции: мы верим тому, что можно выйти из области известного, полностью контролируемого, сделать несколько шагов в неопределенности, а потом снова попасть туда, куда нам нужно.
Если мы опасаемся момента, в котором мы должны отпустить ситуацию, момента, когда рационализация не работает, — мы недостаточно хорошо понимаем природу интуиции, не можем ею вполне воспользоваться.
Любой выбор предполагает период времени, когда надо специально перестать думать о выборе.
Процесс срабатывания интуиции на каждом из шагов занимает некоторое время. Наши чувства появляются в определенном порядке. Интуиция — это не что-то единое, не молния, которая своим блеском вдруг озаряет всю картину.
Попытки усилием воли перестать сомневаться и просто выбрать что-то одно, потому что «нельзя же столько думать», чреваты тем, что ум будет делать пропущенные шаги и продолжать «принимать решение», когда оно уже принято. Иными словами, вы уже везете кофеварку домой, а вас продолжают терзать сомнения: может та белая была бы лучше? Часть вас продолжает стоять посреди торгового зала и выбирать. Лучше сначала найти себя-с-кофеваркой (себя-в-новом-браке, себя-в-другой-стране), а потом уж вкладывать усилия.
Каюсь: я не удержался и спустя год сам связался с Ульяной и спросил, как она поживает и что в итоге выбрала. Мне было просто ужасно любопытно, что она скажет.
— Я в Клермоне, — ответила Ульяна. — Очень довольна, все время куда-то иду, все, чего боялась, сбылось, и о чем мечтала, тоже. Оказывается, я очень точно себе представляла эту жизнь.
— Ульяна, — попросил я, — а не могли бы вы вспомнить тот момент, когда вы приняли решение и перестали сомневаться? Что для вас стало решающим аргументом?
— Шкаф разбирала и нашла 17 легких летних платьев для жары. Вы только представьте: 17. И семь из них я надевала по разу, а десять — вообще ни разу не выгуливала. Погода, знаете ли, климат не располагает. Посмотрела я на эти платья и поняла: Клермон!
Книга предоставлена издательством «Альпина Паблишер». Приобрести ее можно здесь.
Короткие, но интенсивные усилия могут давать непропорционально большой эффект для здоровья
Американская ассоциация сердца опубликовала рекомендации по диете для защиты от сердечно-сосудистых заболеваний
