Философия счастья: четыре взгляда

Философия обычно ассоциируется с отвлеченными вопросами — о природе бытия, устройстве Вселенной, сущности познания. Но с самого начала философов занимал и куда более практичный вопрос: как человеку жить хорошо. За почти три тысячи лет они так и не договорились, что такое счастье. Зато в этих спорах родилось немало идей, из которых можно сложить что-то вроде краткого руководства по достижению благополучия. Мы отобрали четыре рабочие стратегии.

Эвдемонизм: счастье через самореализацию

Почти с самого зарождения философии в античной Греции одной из ее центральных тем стала эвдемония — представление о том, что счастье (иногда «эвдемонию» и переводят как «счастье») является высшей целью жизни и главным мотивом человеческой деятельности. Глубже всего эту идею разработал Аристотель.

В его системе счастье — это состояние полной реализации своей природы как существа мыслящего и чувствующего. Для этого человеку необходимо выработать так называемые добродетели (арете) — это внутренние ориентиры, своего рода система навигации, которая помогает человеку в любой ситуации двигаться по жизни четко и правильно, в соответствии с разумом.

Добродетель — это как точная калибровка характера, при которой каждое качество оптимально отлажено. Представьте, что вы настраиваете, например, свою смелость, щедрость, самообладание или стремление к признанию — как эквалайзер: низкие, средние и высокие частоты сбалансированы, ни одна не зашкаливает и не проваливается. Каждая из этих черт проявляется в своей лучшей форме, и это дает ощущение гармонии с самим собой и миром.

Добродетели не даны от рождения, не сводятся к эмоциям или моральным правилам, а формируются через практику, осознанный выбор и повторение. Поэтому счастье достигается не одномоментно, а в процессе всей жизни: человек постоянно действует, выбирает, преодолевает трудности и совершенствует свою систему навигации. «Ведь одна ласточка не делает  весны и один [теплый] день тоже; точно так же ни за один день, ни за краткое время не делаются блаженными и счастливыми», — писал Аристотель в «Никомаховой этике».

Усилия важны не просто как способ достичь результата, а как способ выявить в себе лучшее. Если ради успеха человеку приходится разбалансирвать свой характер, то есть если его смелость превращается в безрассудство, требовательность к себе — в перфекционизм, предпринимательский дух — в авантюризм, это не ведет к счастью. Нужна работа, которая помогает достичь наилучшей настройки в рамках своего характера. 

Такое счастье требует постоянной работы над собой, а значит — способности принимать решения, ставить цели и нести ответственность за их последствия. Сегодня это называют агентностью. Сам Аристотель не пользовался этим понятием, но в его учении о произвольном выборе (prohairesis) уже есть все три ключевых элемента агентности: 

• самоэффективность — уверенность в том, что ваши действия действительно могут привести к результату;
• понимание причинно-следственных связей — осознание, что действия имеют предсказуемые последствия; 
• ответственность — готовность принимать и успех, и неудачи как результат собственных решений.

Как применить на практике

Современные программы коучинга и позитивной психологии во многом опираются на классическую аристотелевскую идею: личность «калибруется» через действия. Человек становится смелым, проявляя смелость; справедливым — поступая справедливо. Эта логика легла в основу так называемого подхода через сильные стороны (strength-based approach), который фокусируется не на исправлении слабостей, а на целенаправленной поддержке тех качеств, которые уже составляют сильную сторону личности. Например, регулярные занятия спортом развивают настойчивость и самодисциплину, ведение сложных переговоров на работе — социальный интеллект и психологическую гибкость, погружение в детали — любознательность. И как показывают исследования, это реально повышает уровень удовлетворенности жизнью.

Стоицизм: счастье как как управление восприятием

Счастье может быть построено лишь на том, что никто не способен у вас отнять, — такова, в сущности, формула стоицизма. Если она вызывает у вас внутренний протест, это вполне естественно. В основном мы строим свое представление о счастье вокруг того, что в любой момент может исчезнуть, и ведем себя так, как будто сбережения бесконечны, близкие останутся рядом всегда, здоровье и успех не подведут, а жизнь будет длиться вечно. Напоминание об иллюзорности этой картины мира пугает. Хочется отогнать эти мысли подальше.

Но рано или поздно наступает момент отрезвления: бизнес рушится, диагноз делит жизнь на «до» и «после», неожиданная потеря проделывает огромную брешь в реальности. И такие личные катастофы могут происходить снова и снова. Если каждый раз мы пытаемся выстроить благополучие на том, что способно исчезнуть, утечь сквозь пальцы, уйти из-под ног, мы фактически обрекаем себя на бесконечное повторение этого цикла. 

Вот почему стоики считали, что быть по-настоящему счастливым может лишь тот, у кого основы счастья всегда при себе. А есть ли у человека что-то такое, что нельзя — или хотя бы трудно — отнять? Внешнее благополучие отпадает сразу: оно всегда во власти случая и чужих решений. Единственное, что остается — это наш способ думать, воспринимать происходящее и извлекать из него уроки. 

Античные философы Сенека и Эпиктет, которые построили на этой идее что-то вроде инструкции по выживанию, доказали своим примером, что стоицизм реально работает — причем в разных ситуациях. Эпиктет родился рабом, страдал от хромоты, жил в мире, где унижение и насилие были нормой. Сенека, напротив, был богатым политиком, наставником Нерона, но впал в немилость, потерял все и в итоге был вынужден покончить с собой по приказу императора. И оба, как ни парадоксально, считали себя счастливыми людьми. 

Насчет стоицизма есть два стереотипа — оба ошибочные. 

• Стоики — аскеты, призывающие отказаться от радостей жизни ради угрюмого самоконтроля. На самом деле стоики вовсе не выступают против удовольствий. Просто они предлагают не слишком на них полагаться. Вы можете наслаждаться преходящими радостями, но строить на них то, что вы хотите сделать постоянным, — неразумно. Хрупкое и переменчивое по опредлению не может стать фундаментом чего-то устойчивого. 
• Стоики предлагают превратиться в бесчувственные машин — лишь бы не страдать. Это тоже неверно. Они лишь напоминают: многое в жизни мы не контролируем. Но есть одно, что почти всегда остается у нас под контролем — наше восприятие. Эпиктет говорил: «Не сами вещи тревожат нас, а наши представления о них». Никто не застрахован от страха, горя или гнева. Но каждый может научиться проводить границу между собой и тем, что с ним происходит. 

Чувства важны, но это не значит, что они автоматически должны определять вашу личность. Эпиктет учил различать спонтанные импульсы, которые возникают автоматически, и осмысленные реакции. Первую вспышку страха или раздражения мы не всегда в состоянии сдержать, но в наших силах решить, поддаваться ли ей дальше. Человек свободен в той мере, в какой он стремится не превращать сиюминутную эмоцию в устойчивое состояние. 

С чего начинается счастье стоика? С умения различать, что в мире зависит от вас и что от вас не зависит. Например, погода, здоровье, чужие решения, баги в очередном обновлении айфона — за гранью контроля. Ваши реакции, слова, поступки — в какой-то мере управляемы. Так что сосредоточьтесь на них. 

Почему это работает? Потому что, когда не тратишь силы на невозможное, остается энергия на выполнимое. Тут стоицизм созвучен некоторым направлениям современной психологии. Фокус на контролируемом — один из краеугольных камней терапии принятия и ответственности (ACT). Такой рефрейминг активирует области мозга, связанные с целенаправленным поведением, и ослабляет ощущение беспомощности в стрессовой ситуации. 

Как применить на практике

В отличие от многих философских систем, которые не выходят за пределы книги или диспута, стоицизм с самого начала задумывался как руководство к действию. Вот две простые, но работающие практики. 

Негативная визуализация (premeditatio malorum).  «Кто заранее представляет беду, тот лишает ее силы, если она приходит», — писал Сенека. Под названием «направленная катастрофизация» эта стоическая практика вошла в арсенал приемов современной когнитивно-поведенческой терапии. Человека просят сознательно представить худший исход — подробно, шаг за шагом. Затем разбирают: насколько это реально? Что можно сделать, если это случится? Что останется под контролем? Такой разбор снижает тревогу, обесценивает гипотетическую катастрофу и возвращает ощущение контроля.

Регулярное ведение дневника. Для стоика запись собственных переживаний — форма интеллектуальной тренировки. Вы смотрите на ситуацию со стороны, разбираете свои реакции и учитесь видеть: проблема не в событиях, а в их восприятии. Такой дневник вел император-стоик Марк Аврелий: утром — чтобы настроиться на день, вечером — чтобы оценить, как его прожил. 

Экзистенциализм: счастье через создание смысла

Если эвдемонизм строится на внутренней калибровке, а стоицизм — на внутренней устойчивости, то в основе экзистенциалистского подхода к счастью — другой вопрос: в чем смысл моей жизни?

Трудно представить себе человека, который не видит смысла в своем существовании и при этом считает себя счастливым. Одна из книг выдающегося представителя экзистенциализма, психиатра Виктора Франкла так и называется «Страдания от бессмысленности жизни». 

Ощущение смысла жизни — это не роскошь, которую можно позволить себе, когда все проблемы решены. Напротив — оно само помогает справляться с проблемами. Как показывают исследования, ощущение осмысленности жизни коррелирует со стрессоустойчивостью, благополучием и физическим здоовьем.

Парадокс в том, что сам экзистенциализм исходит из того, что объективного смысла жизни нет. Один из создателей экзистенциальной психологии Ирвин Ялом вообще считает бессмысленность существования одной из главных экзистенциальных проблем, с которыми нам приходится сталкиваться в жизни. «Человек рождается без цели, живет без смысла и умирает случайно», — писал Жан-Поль Сартр. Альбер Камю называл это состоянием абсурда, который возникает «из противоречия между стремлением человека к смыслу и безмолвием мира». Мартин Хайдеггер говорил о «заброшенности» человека: мы существуем в мире без внешней опоры, без заданной цели. И при этом сами экзистенциалисты подчеркивают: когда человек ощущает, что его жизнь наполнена смыслом, он переживает подлинное счастье. По мысли Виктора Франкла, обретение смысла — это прямой путь к счастью даже перед лицом боли и испытаний. Как можно обрести то, чего нет?

Очень просто: отсутствие объективного смысла — это не проблема, а свобода. Благодаря этому мир становится пространством для творчества — чистым листом, на котором мы можем изобразить все что угодно. Как объясняет известный сценарист Дэн Хармон: «Как только вы преодолеете первоначальный ужас и примете этот факт, любая точка вокруг может стать для вас центром Вселенной, а любой момент жизни — самым важным».

Как применить на практике

Каждый человек наделен способностью генерировать смысл даже в самых тяжелых обстоятельствах. Яркий пример — Виктор Франкл. Прежде чем стать всемирно известным психотерапевтом и создателем экзистенциальной психологии, он пережил трагедию, которая могла бы навсегда сломать его психику. Во время Второй мировой войны он потерял семью и провел много лет в концлагере, каждый день ожидая смерти. Но, по его словам, даже тогда он ни на минуту не усомнился в том, что его жизнь имеет значение. Вот несколько принципов, которые поддерживали его в трудные моменты. 

Создавайте смысл в процессе. Часто ощущение значимости происходящего возникает как побочный эффект погружения в процесс. «В жизни не бывает совершенно бессмысленных ситуаций. Любая ситуация дает нам возможность найти смысл жизни. Каждый день, каждый час имеет особый смысл, причем для каждого человека — свой. Раскрывая этот смысл, человек раскрывается сам», — объясняет Франкл. По его идее, люди обладают врожденной тягой к трансцендентности: мы склонны придавать значимость тому, что делаем. Даже самое простое занятие — например, просмотр футбольного матча — становится наполненным смыслом, пока мы включены в игру и следим за событиями. Но стоит дистанцироваться — и смысл исчезает.

Стройте планы. Когда вы пробуждаете у себя интерес к завтрашнему дню, вы уже наполняете свою жизнь смыслом. Как показывают исследования, всего 15 минут планирования в день достаточно, чтобы почувствовать, что у вашей жизни есть цель и значимость. Причем планы не обязательно должны быть детальными. Достаточно просто знать, что вас ожидает какое-то важное дело впереди. Как говорил известный американский психиатр Персиваль Бейли: «Чтобы выжить, надо все время ставить перед собой новые задачи».

Ищите трепет. Когда человек сталкивается с чем-то большим — горой, океаном, звездным небом, — происходит любопытный эффект: как будто уменьшается собственное «Я». Личные проблемы и заботы отходят на второй план перед масштабом мира.

И еще: не сравнивайте. По чужим стандартам ваша жизнь почти неизбежно покажется бессмысленной. Как пишет философ Саймон Блэкберн: «Чтобы ответить на вопрос, есть ли у жизни смысл, нужно сначала уточнить — для кого: электрона, камня, черной дыры — или для вас». В экзистенциализме смысл всегда индивидуален: только вы сами можете решить, есть ли он в вашей жизни.

Буддизм: счастье через контроль желаний

Счастье — это искусство не хотеть, так можно кратко передать буддийскую концепцию счастья. Неудовлетворенность жизнью возникает из-за бесконечных желаний и привязанностей. Как сказано в «Дхаммападе» — сборнике изречений, приписываемых Будде: «Из стремлений рождается печаль и страх; кто избавился от стремлений, для того нет ни печали, ни страха». Это часто трактуют как призыв к полному отказу от желаний. Но суть не в отказе как таковом, а в привязанности к объекту желания. 

Будда называл это состояние «жаждой» (tanha) — это внутреннее искажение, при котором любой объект желания начинает казаться источником счастья, способным утолить все потребности. Это может быть что угодно: от новой должности и секса до покупки машины. Именно «жажда» не дает освободиться от привязанности к объекту желания, даже если в реальности он приносит лишь страдания или разочарование. Чтобы достичь счастья, нужно перестать «цепляться умом» за внешнее и очистить сознание, чтобы почувствовать созидательные побуждения (chanda), которые отвечают нашим внутренним потребностям. 

Как вообще возникает желание? В некотором смысле, это способ коммуникации мозга с сознанием. У мозга нет желаний, но есть потребности — физиологические и психологические. Когда мозгу нужно, чтобы мы удовлетворили потребность, он сигнализирует об этом сознанию, а оно упаковывает полученный сигнал в социальный контекст и личный опыт. Итог — ваше сознательное желание. Так потребность в жидкости превращается в «хочу бокал просекко». 

Ошибки возникают из-за трудностей перевода. Например, потребность в статусе может быть интерпретирована сознанием как желание купить дорогую машину. Но если вы не любите водить машину, покупка не даст удовлетворения, потому что желание — ложное. Ложные желания не соответствуют нашим внутренним потребностям, но мы не перестаем за ними гнаться. 

В буддийской традиции источником этой ошибки считается не только сама сила желаний, но и более глубокая причина — неведение (avijja). Мы страдаем не столько потому, что желаем, сколько потому, что не отдаем себе отчет в изменчивости и отсутствии устойчивого «Я». Отсюда возникает иллюзия, что какие-то вещи могут дать нам устойчивое, окончательное удовлетворение.

Кроме того, есть еще одна категория ложных желаний, которые французский философ и социолог Рене Жирар называет миметическими — подражательными. Когда удовлетворены базовые потребности, мы зачастую не можем сразу определиться, чего еще желать. И тут на помощь приходит социальная среда. Мы смотрим, что ценят и чего хотят другие. И начинаем хотеть того же самого. Проблема в том, что это мешает осознать, что на самом деле хотим мы сами. А значит, встает на пути между нами и счастьем. 

Как применить на практике

Отделите свои желания от чужих. Определите, какие люди служат для вас ориентирами или моделями при выборе целей. Например, кто приходит вам на ум, когда вы мечтаете изменить образ жизни или купить новую машину? Модели могут быть «внутренними» и «внешними». Первые — это люди из нашего ближнего круга, часто мы и сами можем влиять на их желания. Вторые — люди, за которыми мы наблюдаем издалека. Обычно это знаменитости и инфлюенсеры.

Отслеживайте возникновение желаний. В буддийской практике внимательности (sati) один из ключевых навыков — наблюдать, как желания возникают, развиваются и затухают в уме. Это помогает видеть их природу без поспешного слияния с ними. Простое наблюдение за мыслью «я хочу» иногда уже ослабляет ее силу.

Протестируйте желание на реальность. Представьте, что ваше желание реализовано, а теперь проанализируйте, что вы чувствуете: удовлетворение и покой или нарастающее возбуждение и беспокойство? Если второе, значит ваше желание, скорее всего, не соответствует внутренней потребности и ведет к ложной цели. Кроме того, можно представить, что все остальные ваши потребности удовлетворены. Будете ли вы по-прежнему испытывать нынешнее желание? Вам все еще необходима для счастья эта вещь или эта должность? Если нет, значит желание не отвечает вашей внутренней потребности.