«Десять лет я жил в режиме терминатора»

Самый крупный партнер сети кофеен «Дринкит» и франчайзи Dodo Brands Юрий Машенцев никогда не сомневался, что станет предпринимателем, как его отец. Но слабое здоровье и внутренние барьеры долго мешали ему жить так, как хочется. Юрий прошел путь от биохакера, который пытался «починить» себя большим количеством спорта, трекерами и жесткой дисциплиной, до человека, который просыпается без будильника, не планирует дальше следующего часа и при этом чувствует себя счастливым и полным энергии.

Мы поговорили с Юрием о том, что на самом деле дает ему энергию и почему иногда лучший способ мотивировать себя — это дать себе свободу.

«Я думал, мне просто не повезло»

В детстве я почти не переставал болеть — лет до тридцати. У меня были бесконечные ангины, гаймориты, воспаления легких. По три раза в год я лежал в больнице.

Родители пытались меня закалять, водили на спорт, папа пять лет возил меня на озеро. Становилось чуть лучше, но я не переставал болеть, поэтому я привык думать, что мне просто не повезло с генетикой. При этом у меня всегда было много энергии: физически я был слабым, но внутри — очень живым ребенком.

Когда мне было пятнадцать, родители познакомили меня с православием, и религия надолго стала важной частью моей жизни. Внешне все выглядело обычно: я учился в школе, потом поступил в университет в Берлине, потому что хорошо знал немецкий, были первые попытки предпринимательства. Но параллельно я все глубже погружался в религию.

Каждое лето я ездил послушником в монастырь — был во многих, в основном, Свято-Успенской Почаевской Лавре. Выстаивал службы по восемь-десять часов, выучил Библию наизусть. Жил у старцев-затворников в Карпатах. От постоянных молитв у меня были мозоли на коленках. В 24 года я дошел до радикальной аскезы — вплоть до того, что отказался от секса и самоудовлетворения.

При этом мне, конечно, хотелось наслаждаться молодостью, гулять с девчонками, пить с друзьями вино в подворотне. У меня случались романы. С одной стороны, я говорил, что это все грешная жизнь, в которой нет смысла, и что надо жить праведно. А с другой — я был просто молодым чуваком с обычными для этого возраста желаниями и интересами. И это внутреннее противоречие убивало мою психику и личность.

К 30 годам, когда я вернулся из Европы в Россию, полезла психосоматика, все начало сыпаться. Я просыпался уже уставшим, после обеда мне нужно было обязательно прилечь, иначе до вечера я не доживал. У меня была вся спина в прыщах, я покрывался испариной, постоянно болел. Я был себе максимально неприятен. И вот тогда я решил, что нужно что-то менять.

«Источник энергии нужно искать не в практиках, а в голове»

Я отказался от религии, потому что понял, что лично для меня она стала скорее ритуалом, чем духовной историей, — больше физкультурой, чем поиском смысла.

По большому счету, я только с 32–33 лет начал жить. Сначала пошел в зал и начал усиленно заниматься с тренером. В зале я понял, что ничего не работает без питания — взялся за питание. Семь лет считал калории по три раза в день, пробовал разные циклы голодания. В итоге пришел к простому режиму: если на ночь переел и с утра нет аппетита, могу начать есть ближе к вечеру — получается что-то вроде интервального голодания.

Потом стало ясно, что ничего не работает без сна, — пересобрал режим: ложился в десять, вставал в пять, экспериментировал с полифазным сном, трекерами, браслетами. 

Это давало скорее бодрящий эффект, чем целительный. Сейчас я иногда принимаю холодный или контрастный душ — настолько холодный, насколько комфортно телу, секунд на 15–20.

В итоге я понял, что ничего не работает без головы. Вроде я все делал правильно, но все равно находился в постоянном напряжении, в состоянии «улыбающейся» хронической депрессии. Лет восемь я пробыл у психологов, в пике доходило до трех сессий в неделю, и это освободило много энергии.

Я начал проводить много психологических экспериментов над собой, делать так, как не делал раньше. Если ты привык быть всегда хорошим и правильным, попробуй наоборот. Например, мы с другом специально знакомились с девушками, с которыми было страшно знакомиться. Однажды на мероприятии, где собрались важные люди, я специально позволил себе достаточно непристойную шутку. Мне было страшно. Но мне важно было понаблюдать за своей реакцией и за реакцией окружающих.

Интересно, что когда начинаешь вести себя как-то странно и даже неадекватно, то становишься видимым. И люди чаще всего хорошо к этому относятся, потому что у них тоже есть свои особенности и недостатки. Ты раз, два, три какую-нибудь ерунду сделал — и твоя нервная система запоминает, что ты не только выжил, но и стало легче. И ты такой: «Ага, значит, так можно». Переписал этот шаблон в голове и двигаешься дальше.

Такой режим терминатора, как я его называю, длился почти десять лет. За это время я осознал, что спорт, ЗОЖ, медитации, любые обряды — это все вторично. А 80–90% нашего КПД кроется в наших страхах, убеждениях, в отношении к жизни. Источник энергии нужно искать не в бесконечных практиках, а в своей голове.

Сегодня мой уровень счастья и реализации каждый год растет. И сейчас я думаю, что у меня потрясающая генетика, огромный запас энергии, и мне в 47 лет кажется, что жизнь только начинается.

«Ложитесь до полуночи: это творит чудеса»

Сейчас я пришел к абсолютной свободе в распорядке дня, и если бы из всех здоровых привычек мне пришлось оставить только одну, это был бы сон. Просто ложитесь до полуночи: это творит чудеса. Качественный сон дает, наверное, 80% физического ресурса.

Я почти каждый день просыпаюсь без будильника. Даже важные дела стараюсь ставить не раньше 11 утра. Для меня важно провести утро не в суете, а так, как хочется: могу сразу включиться в работу или заняться спортом, а могу полежать в кровати, почитать книгу или просто потупить. И это не ворует мой потенциал.

У меня был период, когда я постоянно следил за показателями в трекерах, все задачи в графике разбивал на группы и подгруппы: менеджмент, стратегия, финансы, управление. Даже хобби были по расписанию. Это тоже дает продуктивность, но сохраняет внутреннее напряжение. Продуктивность может быть другой — в потоке, по вдохновению, когда тебе действительно хочется делать то, что ты делаешь, и это очень круто.

«У нас нет планов дальше трех месяцев»

Строить планы на десять лет, мне кажется, непродуктивно. У нас нет планов дальше трех месяцев. Мы не знаем, что произойдет, и сами все время меняемся. Я не говорю, что не надо иметь какое-то глобальное видение или думать, как может измениться будущее. Но у меня нет персональной стратегии, я не верю в эти конструкции.

Есть понятный образ, к которому ты хочешь прийти, а дальше ты органически движешься в рамках короткого цикла. И самое интересное, что от этого процессы в компании идут быстрее, интереснее, продуктивнее. Когда не знаешь, сколько точек откроешь в этом году, просто открываешь, как получается, — и при этом получается все лучше.

В «Дринките» мы сформулировали для себя простые правила: честность, открытость, свобода и ответственность. Последнее слово остается не за тем, у кого больше доля, а за тем, кто компетентнее.

У нас все построено на здравом смысле. Мы ничего не копипастим, не придумываем себе миссии и цели, а просто двигаемся от одного шага к следующему и спрашиваем себя, как сейчас правильно и классно сделать.

«Мы не берем на работу несчастливых людей»

Люди — это самое интересное в моем понимании. Отношения с окружающими — на этом все строится. Любой контракт, который вы подписываете. Люди — это core (основа — Reminder) нашей жизни.

Вокруг тебя либо собираются единомышленники, либо не собираются. Но когда собираются, это на 100% работает. Каждый участвует там, где ему интересно, и берет свою ответственность. Например, недавно нужно было сделать презентацию под мое выступление. Хотя презентация была моя, еще три человека сказали: давай сделаем вместе. Каждый накидал свои идеи — и получилось офигенно. Сам бы я так никогда не сделал.

Мы не берем на работу несчастливых людей. У меня есть тест, по которому можно определить уровень счастья, но можно и проще это проверить. Например, попросить человека за 60 секунд рассказать, что он умеет делать лучше всего. Человек напрягается, а после этого я его спрашиваю: «А желтые зайчики квакать умеют?»

Вот в этот момент у него естественная реакция: либо он улыбается, либо у него лицо перекашивается. Если человек внутренне счастливый, у него в нестандартной ситуации это выходит наружу, и он реагирует позитивно. Он не видит подвоха, потому что его стакан наполовину полон. А человек в страхах и зажимах всегда будет видеть опасность — и группироваться.

Три принципа, по которым я живу

В конце концов, я сформулировал три простых правила, которым стараюсь следовать, что бы ни случилось. 

1. Брать ответственность. Любому предпринимателю я бы порекомендовал повышать уровень компетентности и брать ответственность. За свое счастье, за состояние, за любую сферу, которая тебе важна: от спорта до семьи. Нужно признать, что ты в чем-то не шаришь, а не все вокруг тебя виноваты. Какое-то время мне не нравился «Москва-Сити», мне он казался агрессивным и вызывал отторжение. Мне кто-то сказал: слушай, по-моему, у тебя там какой-то заряд, какое-то неадекватное отношение. Потому что адекватное — оно всегда легкое, свободное. Я начал ездить в Сити, потом снял там квартиру, пожил два месяца. Потом я начал встречать там интересных людей, которые выходили за рамки моих стереотипов. Сейчас я живу в одной из башен Сити и считаю, что тут потрясающе.
2. Пробовать новое. Первый раз, когда меня пригласили на подкаст, я не очень хотел идти. По-моему, даже заболел. Восемь утра, а я говорю: «Слушай, у меня сопли, голова болит, давай перенесем». А мне отвечают: «Съемочная группа едет из Питера, это стоит 900 тысяч. Может, не будем отменять?». Я пришел, мы записывались четыре часа. У меня прошла голова, я вышел довольный, светящийся, и понял, что мне нравится процесс. Ты пробуешь что-то, а уже потом подтягиваются бизнесовые цели, бонусы и бенефиты.
3. Жить на максимальной свободе. Предположим, вы решили начать бегать, чтобы поддерживать фигуру, потому что иначе толстеете. Здесь есть две конфликтующие ценности, и одна всегда победит другую. Конечно, вначале нужно совершить небольшие усилия. Два, три, пять раз побегали — и если дальше не идет, значит, ценность быть в форме пока не дозрела, а ценность свободы в питании победила. Все, что ваше и вам действительно подходит, останется вашим. Поэтому если сейчас не идет — не надо париться. Отстаньте от себя и полюбите себя с объемными бедрами.