
Выполнено с помощью ИИ
Еще недавно чума казалась болезнью из учебника истории — нечто, оставшееся в прошлом, между мрачными гравюрами Средневековья и рассказами о городах, где людей хоронили тысячами. Но в начале октября слово «чума» неожиданно снова появилось в сводках новостей.
После смерти сотрудницы Иркутского противочумного института в регионе были введены карантинные меры. Около 200 человек оказались под наблюдением, а в соцсетях стали появляться страшилки о возможной эпидемии чумы.
Чума действительно никуда не исчезла. Ее возбудитель по-прежнему существует в природе, и отдельные случаи заболевания регистрируются и по сей день. За свою историю эта болезнь успела несколько раз пройти по огромным территориям, изменить жизнь целых городов и стать одной из самых страшных инфекций всех времен. Почему эта болезнь оказалась такой смертоносной и как медицина борется с ней сегодня?
Чуму вызывает бактерия Yersinia pestis. В природе она обитает в популяциях мелких млекопитающих и распространяется между животными преимущественно через укусы блох. Человек может заразиться после укуса инфицированной блохи или при контакте с зараженными животными и их тканями. В случае легочной формы заболевания существует еще один путь передачи — через инфекционные частицы, которые выделяет заболевший человек при дыхании и кашле.
Сегодня врачи выделяют три основные формы болезни. При бубонной чуме бактерии, попадая в организм через укус, проникают в лимфатическую систему, достигают ближайшего лимфоузла и вызывают его воспаление. Этот лимфоузел увеличивается и становится болезненным — это и есть так называемый бубон. При дальнейшем распространении инфекции бактерии могут попасть в кровь или легкие, вызывая септическую или легочную формы заболевания. Бубонная чума остается самой распространенной формой, а легочная форма наиболее заразна при передаче от человека к человеку.
Если бубонную чуму не лечить, она может привести к летальному исходу в 30–60% случаев, а легочная форма при отсутствии лечения может убить человека всего за несколько дней. Однако, если лечение начинается вовремя, антибиотики эффективны.
Юстинианова чума — это первая пандемия, которую сегодня связывают с Yersinia pestis. Она возникла в 541 году в пределах Восточной Римской империи, а затем распространилась по всему Средиземноморью и другим регионам Европы. Вспышки продолжались примерно до VIII века, поэтому историки называют этот период Первой пандемией чумы. Анализ древней ДНК из останков людей, умерших в VI–VIII веках, подтвердил наличие Y. pestis у погибших во время этих эпидемий.
Название пандемии связано с именем императора Юстиниана I, правившего Византийской империей в то время. Он и сам столкнулся с болезнью во время первой волны пандемии, но выжил. На знаменитой мозаике в базилике Сан-Витале в Равенне, созданной около 547 года, Юстиниан изображен в окружении придворных, воинов и священнослужителей.

Долгое время историки приписывали Юстиниановой чуме десятки миллионов смертей и считали, что она серьезно ослабила позднюю Римскую империю, сократив население и ударив по экономике и военным возможностям. Но сейчас эти оценки стали более осторожными. Хотя письменные источники действительно рассказывают о масштабной катастрофе, демографических данных недостаточно, чтобы уверенно назвать точное число погибших.
Тем не менее, сам факт пандемии почти не вызывает сомнений. Генетические исследования позволили обнаружить бактерию в останках людей, живших в разных регионах Европы в VI–VIII веках. Это уникальная ситуация, когда то, что историки описывали по текстам более полутора тысяч лет назад, теперь можно проверить с помощью анализа ДНК.
Самая знаменитая пандемия чумы произошла примерно через восемьсот лет после описанных событий. В середине XIV века болезнь вновь охватила Евразию, вызвав пандемию, сегодня известную как Черная смерть. Обычно ее датируют периодом с 1346 по 1353 год, хотя в разных регионах вспышка началась и закончилась в разное время.
Начало болезни было внезапным. Сначала у заболевших в паху или подмышками появлялась опухоль, иногда размером с яйцо или яблоко. Затем на коже возникали темные и багровые пятна, поднималась температура, появлялась слабость. В некоторых случаях поражались легкие и начинался кашель с кровью. Болезнь распространялась с такой скоростью, что целые семьи могли исчезать за несколько дней. В Сицилии один из хронистов писал о домах, где после смерти одного человека вскоре умирали все остальные члены семьи, а иногда и животные. Чума поражала людей разного возраста и положения: богачей и бедняков, мужчин, женщин и детей.
В городах быстро заканчивались места для захоронений. В Лондоне в 1348–1349 годах было создано специальное кладбище Ист-Смитфилд, куда свозили погибших во время эпидемии. Позднее археологи обнаружили там сотни останков людей, умерших в годы Черной смерти. Подобные специальные могильники появились и в других европейских городах: обычные приходские кладбища не могли справиться с таким количеством умерших.

До сих пор невозможно точно подсчитать общие потери. Современные исследования предполагают, что Черная смерть унесла жизни от трети до половины населения Европы, а в некоторых местах болезнь унесла жизни более 50% жителей.
Люди XIV века практически не имели представления о том, что именно происходит. Они видели больных людей, зараженные дома, умерших родственников и опустевшие улицы, но не могли понять причину болезни.
Болезнь связывали с испорченным воздухом, небесными явлениями, божественным наказанием и другими причинами, которые казались убедительными в отсутствие микробиологии.
Только сейчас мы можем в деталях восстановить часть этой истории. В 2022 году исследователи обнаружили древнюю ДНК Yersinia pestis в останках семи человек, похороненных возле озера Иссык-Куль, на территории современного Кыргызстана. Эти захоронения были сделаны в 1338–1339 годах, всего за несколько лет до начала европейской пандемии. Найденный штамм оказался близким предком линии, связанной с Черной смертью.
В 1347 году болезнь достигла Средиземноморья, а затем быстро распространилась по Европе, Северной Африке и части Азии. Пока люди пытались понять, что происходит, города начали искать способы замедлить распространение болезни. Одним из первых таких способов стал карантин.
В 1377 году власти Рагузы, современного Дубровника, приняли решение о введении правил для тех, кто прибывает из районов, охваченных чумой. Приезжих и их корабли изолировали от города на определенный срок, чтобы проследить за появлением симптомов или убедиться, что они здоровы.
Сначала этот срок составлял 30 дней и назывался trentina. Позже в некоторых городах его увеличили до 40 дней — quarantina по-итальянски. Именно отсюда произошло слово карантин (quarantine), которое сегодня используется во многих языках.
Спустя несколько десятилетий в Венеции был создан один из первых постоянных карантинных пунктов на отдельном острове. Такие учреждения получили название лазаретто и постепенно стали частью европейской системы борьбы с эпидемиями.

Иронично, что карантин появился раньше представления о том, что именно нужно изолировать. Люди еще не знали ничего о бактериях и не понимали роли блох, но уже заметили закономерность: если человека или корабль из подозрительного места некоторое время не пускать в город, вероятность распространения болезни снижается.
После Черной смерти Европа еще не раз сталкивалась с эпидемиями чумы. Одна из самых известных — Великая чума в Лондоне, которая разразилась в 1665 году.
К тому времени в городе уже применяли изоляцию больных и ограничения контактов между людьми. Дома, где обнаруживали чуму, могли запирать, а на дверях ставили отметки, предупреждавшие об инфекции. Но ни карантинные меры, ни санитарные правила не могли остановить распространение болезни.
За 1665 год было официально зарегистрировано около 69 тысяч смертей от чумы. Однако историки считают, что реальное число погибших могло быть около 100 000. Это составляло примерно пятую часть населения Лондона.

О событиях того времени сохранилось необычно много свидетельств. Одно из самых известных принадлежит чиновнику Самуэлю Пипсу, который в своем дневнике описывал, как постепенно пустели улицы, закрывались дома, и люди старались покинуть город. Летом 1665 года он уже писал о чуме как о постоянном фоне повседневной жизни. Тем не менее, город продолжал жить своей жизнью. Люди работали, ходили за продуктами, а торговцы старались не прерывать свой обычный бизнес. Тем временем, болезнь распространялась по районам, и с каждой неделей число смертей росло.
Врачи и власти пытались защититься от инфекции теми средствами, которые считали эффективными. Именно в XVII веке появился знаменитый образ чумного доктора — врача в длинном защитном костюме и маске с клювом. В этот клюв помещали травы, специи и другие ароматические вещества: считалось, что болезнь распространяется через отравленный «дурной воздух», а значит, его нужно было отфильтровать или перебить сильным запахом. Один из первых известных вариантов такого костюма в 1619 году разработал французский врач Шарль де Лорм. Позднее подобные наряды использовали и во время других европейских эпидемий.

Осенью эпидемия начала отступать. В следующем году ее еще опасались, но массовые смерти прекратились. Позже появилась версия, что чуму уничтожил Великий пожар Лондона 1666 года, который сжег крыс и зараженные кварталы. Однако эта версия не подтверждается: пожар начался уже после того, как смертность от чумы пошла на спад, а многие районы, пережившие самые тяжелые вспышки, вообще не сгорели.
В 1720 году в Марсель с восточного Средиземноморья прибыл торговый корабль Grand Saint-Antoine, на борту которого уже были погибшие от неизвестной болезни. По правилам корабль должны были отправить на карантин, но карантинную систему в итоге обошли.
Вскоре после этого чума распространилась по Марселю, а затем пошла дальше. Болезнь бушевала волнами до 1722 года, унеся жизни около 40–50 тысяч человек — примерно половины населения города. В Провансе число погибших было еще выше.
В Марселе уже существовала развитая система карантина с отдельными помещениями для изоляции прибывающих и правилами обращения с подозрительными грузами. Однако власти не всегда следовали этим правилам, а некоторые товары из-за их высокой стоимости стремились как можно скорее доставить в город. Это, пожалуй, многое говорит о том, насколько хрупкой могла оказаться даже продуманная система карантина, когда страх и экономические интересы вступали с ней в противоречие.
В 1770 году чума пришла в Российскую империю. Первые случаи в Москве зафиксировали уже в ноябре того же года, а весной 1771-го эпидемия начала быстро распространяться по городу. Сначала болезнь распространялась в больницах и среди военнослужащих, но вскоре вышла за их пределы. Летом смертность резко возросла, и к осени город оказался в состоянии масштабного кризиса.
Власти закрывали фабрики и бани, ограничивали передвижение, создавали карантинные зоны и пытались организовать специальные места для заболевших и умерших. Одновременно с этим людям запрещали собираться большими группами и старались контролировать процесс похорон.
Эти меры только усугубляли напряженность. Люди страшились карантина, потери работы и разлуки с близкими, не понимая, почему одни ограничения действительно нужны, а другие кажутся бессмысленными. Особенно сильное недовольство вызвало решение прекратить массовые молебны у иконы Боголюбской Божией Матери у Варварских ворот. Люди приходили туда в надежде на защиту от болезни, и их было очень много.

В сентябре 1771 года это напряжение вылилось в Чумной бунт. Толпа разгромила несколько карантинных пунктов и монастырей, а архиепископ Амвросий, который пытался прекратить массовые собрания у иконы, был убит в Донском монастыре. Для подавления беспорядков в город ввели войска.
Московская эпидемия стала одной из самых тяжелых в истории города. За время ее вспышки погибли десятки тысяч человек, а привычная жизнь столицы на несколько месяцев остановилась.
После событий в Москве Европа уже не сталкивалась с крупными эпидемиями чумы. Но человечество все еще не знало ответа на главный вопрос: что именно вызывает чуму?
Ответ появился в 1894 году во время очередной большой эпидемии, на этот раз в Гонконге. В город приехал французско-швейцарский врач Александр Йерсен, работавший с Институтом Пастера. У него не было современной лаборатории, поэтому исследования пришлось проводить в довольно скромных условиях.
Йерсен взял образцы тканей умерших пациентов и уже через несколько дней обнаружил ту самую бактерию, которая вызывала болезнь. Первоначально ее назвали Pasteurella pestis, но позже переименовали в Yersinia pestis в честь самого исследователя. Причем он не просто увидел ее под микроскопом, он смог выделить и вырастить возбудителя в культуре.

Но одно открытие сразу же породило следующий вопрос: как бактерия попадает от больного животного или человека к здоровому?
В 1897 году другой французский врач Поль-Луи Симон отправился в Индию, где в то время бушевала чума. Он обратил внимание на то, что у некоторых заболевших были небольшие повреждения на коже, напоминающие следы укусов насекомых. Симон предположил, что крысы могут быть не непосредственными переносчиками болезни, а источником инфекции для блох.
В 1898 году в Карачи Симон провел эксперименты, которые стали важным подтверждением роли блох в передаче чумы. В дальнейшем его работа стала основой для научного понимания механизма передачи инфекции от грызунов к человеку. Так у болезни появился конкретный путь распространения. Чумная бактерия могла циркулировать среди животных, переноситься блохами и при определенных обстоятельствах попадать к человеку. С этого момента борьба с чумой постепенно перестала быть битвой с «загадочным морoм».
Пока Йерсен и Симон разбирались с возбудителем и путями его распространения, другие исследователи пытались создать защиту от самой болезни.
Одним из них был Владимир Хавкин, российский врач и бактериолог, работавший в Индии во время еще одной вспышки чумы. В 1897 году он создал противочумную вакцину и начал ее испытания. Это был препарат из инактивированных бактерий, предназначенный для профилактики заболевания. В следующие годы вакцина широко применялась в Индии.

Вакцина, конечно, была профилактической — она предназначалась для защиты еще здорового человека. Лечение заболевших проходило по другому пути: применялись сыворотки и другие препараты, но их возможности были ограничены.
В первой половине XX века наконец появились антибиотики, которые стали спасением от чумы. В 1947 году был описан первый случай успешного лечения легочной чумы стрептомицином. Препарат оказался настолько эффективным, что постепенно стал одним из основных средств лечения этой болезни. Позже для терапии начали использовать и другие антибиотики: гентамицин, доксициклин и фторхинолоны.
Это изменило прогноз болезни. Человек с чумой больше не был обречен просто потому, что заразился. Теперь у врачей появилось лекарство, способное воздействовать непосредственно на саму бактерию.
Казалось бы, после открытия бактерии, роли блох и антибиотиков чума должна была остаться в прошлом навсегда. Но у бактерии Yersinia pestis есть важное преимущество: ей не нужно постоянно находиться среди людей.
Бактерия циркулирует в природных очагах среди животных и блох. Пока существует эта экосистема, полностью уничтожить чуму невозможно. Поэтому существуют специальные службы, которые следят за популяцией грызунов, блох и другими признаками активности бактерии.
Несмотря на все усилия, случаи заболевания людей чумой по-прежнему происходят. В последние годы большинство зарегистрированных случаев приходится на Демократическую Республику Конго и Мадагаскар, хотя природные очаги существуют и в других частях мира, в том числе и в Сибири.
Сегодня противочумные институты занимаются во многом той же задачей, которая стояла перед врачами сто лет назад: увидеть приближение болезни раньше, чем она попадет к человеку. Только теперь для этого есть лаборатории, диагностические методы и системы эпидемиологического контроля.
Рассказывают врачи Европейского медицинского центра
Психолог Ксения Легенчук рассказывает, что делать, если вы постоянно проверяете свое отражение в зеркале
Стоит ли ждать новой пандемии и как защититься от чумы в 2026 году