Как нобелевский лауреат убедил людей лечить простуду витамином C

Лайнуса Полинга по праву считают одним из самых блестящих мыслителей и гуманистов XX века. Выдающийся американский химик, на учебниках которого выросли поколения ученых, получил первую Нобелевскую премию за объяснение того, как атомы соединяются друг с другом и образуют молекулы, а вторую — премию мира — за борьбу против ядерных испытаний. 

Врачом Полинг никогда не был. Но именно он убедил миллионы людей по всему миру, что большие дозы витамина С защищают от простуды и множества других проблем со здоровьем.

Самое популярное плацебо

Когда заходит речь о плацебо, обычно приводят экзотические примеры: физраствор, который смягчает симптомы болезни, если его выдают за дорогое лекарство. Или фиктивные операции, после которых пациентам действительно становится лучше. Между тем один из самых массовых примеров плацебо выглядит совершенно буднично. Стоит на полке каждой аптеки, занимает верхние строчки рейтингов самых популярных пищевых добавок, является стандартным ингредиентом лекарств от простуды и входит в состав самых разных продуктов — от йогуртов до выпечки. Это всем хорошо знакомый витамин C. 

И то, что витамин С до сих пор не воспринимается как плацебо, связано с тем, как возникла сама вера в его целительные свойства. У истоков этого всемирного культа стоял не фанатичный целитель и не алчный фармаконцерн, а один из крупнейших ученых XX века — Лайнус Полинг. Вот почему история витамина C — это еще и один из самых ярких примеров того, как научный авторитет может способствовать распространению антинаучных идей.

Наш врожденный генетический дефект

В марте 1966 года 65-летний Полинг, выступая в Нью-Йорке на церемонии вручения ему медали Карла Нейберга, одной из престижных наград в области биохимии, сказал, что хотел бы прожить еще хотя бы лет пятнадцать и застать будущие открытия медицины. Через несколько дней он получил письмо от биохимика Ирвина Стоуна, который присутствовал на его выступлении. Тот предложил куда более амбициозную цель — прожить еще пятьдесят лет. К письму прилагалась разработанная им схема приема высоких доз витамина С. 

Полинг поначалу отнесся к совету Стоуна скептически, но в итоге решил попробовать. Почему он вообще решился на этот эксперимент? Причин было несколько.

Интерес к витамину C для Полинга с самого начала был личным и в некотором смысле духовным. В 1941 году, когда ему было всего сорок лет, у него диагностировали тяжелое заболевание почек — гломерулонефрит. Эффективного медикаментозного лечения тогда еще не было: кортикостероиды и современные иммунодепрессанты появились позже. Поэтому врач просто назначил Полингу поддерживающую диету со строгим ограничением белка и соли. Болезнь была потенциально смертельной, однако состояние ученого постепенно улучшилось: уже через четыре месяца исчезли отеки, а диеты он продолжал придерживаться еще четырнадцать лет. Этот опыт стал для Полинга почти религиозным откровением и убедил его в том, что питание может быть настоящим лекарством даже при серьезной болезни.

Кроме того, аргументы Ирвина Стоуна действительно выглядели убедительно. Отправным пунктом для него послужил железобетонный факт: у большинства млекопитающих витамин C синтезируется внутри организма, тогда как люди и другие высшие приматы утратили эту способность в ходе эволюции. 

Витамин C нам жизненно необходим: при тяжелом дефиците развивается смертельно опасная цинга. При этом человек полностью зависит от того, сколько витамина C организм получает с пищей, а его количество может сильно варьироваться в зависимости от рациона. Что если люди потребляют лишь минимум витамина C, предохраняющий от цинги, но недостаточный для поддержания нормальной работы организма? Стоун предположил, что хроническая нехватка витамина С — он назвал ее «гипоаскорбемией» — может быть причиной многих проблем со здоровьем. 

Восстановить утраченный механизм на уровне генов невозможно. Поэтому Стоун сосредоточился на другом вопросе: как компенсировать наш «генетический дефект» приемом точно рассчитанной дозы витамина C. Чтобы определить эту дозу, он ориентировался на то, сколько аскорбиновой кислоты синтезируется в организме других млекопитающих. Точнее, одного грызуна — лабораторной крысы. У крыс вырабатывается примерно 26–58 миллиграммов витамина C на килограмм массы тела в сутки. При пересчете на человека весом 70 килограммов получается примерно 2–4 грамма в день. 

250 апельсинов в день

Полинг начал с трех граммов витамина C в день, которые рекомендовал Стоун, — столько содержится примерно в 40 апельсинах. Через несколько лет он заметил, что почти не простужается и чувствует себя намного бодрее. Это убедило его в правоте Стоуна. С этого момента идея борьбы с «гипоаскорбемией» захватила Полинга целиком. Первым его вкладом в эту борьбу стал пересмотр дозировки.

Полинг обратил внимание, что у разных млекопитающих выработка витамина C растет с увеличением габаритов и массы тела не линейно. Например, у собаки вырабатывается 81 мг/кг, а у козы сопоставимого веса — уже 190 мг/кг. Значит, результат пересчета зависит от того, какое животное берется за образец, и ориентироваться только на крыс, как это делал Стоун, неправильно. 

Сопоставив данные по девяти видам млекопитающих, от мыши до коровы, Полинг вывел среднюю величину: около 140 мг/кг, то есть примерно десять граммов в сутки для человека весом 70 килограммов. Но и на этом он не остановился. Видимо, сказалась привычка ученого испытывать любую гипотезу на прочность: он продолжал постепенно повышать дозу, пока не дошел до 18 граммов в день. А это уже примерно 250 апельсинов. 

Эффект Полинга

В 1970 году вышла книга Лайнуса Полинга «Витамин С и простуда». В ней он явил миру программу полного искоренения респираторных инфекций. При регулярном массовом приеме витамина С, писал он, люди будут реже заболевать, а значит перестанут заражать друг друга. И лет через десять простуда просто исчезнет. 

Авторитет автора в науке был настолько велик, что эта идея без особых доказательств стала почти догмой, а книга — бестселлером. И не только книга. Покупатели сметали витамин С из аптек, а оптовые цены на него почти утроились. К середине 1970-х годов рекомендациям Полинга следовали уже около 50 миллионов американцев. 

Медицинское сообщество встретило книгу гораздо холоднее. Тогдашний глава FDA Чарльз Эдвардс прямо назвал ажиотаж вокруг витамина С нелепым и заявил, что убедительных научных доказательств его способности предотвращать или лечить простуду нет. 

Поначалу Полинг пытался держаться в рамках научной дискуссии, хотя явно грешил тенденциозностью. Выбирал из научных работ только те данные, которые хоть как-то подтверждали его гипотезу, а отрицательные результаты вообще не принимал во внимание, объясняя их недостатками исследований: неправильными дозировками, неудачным дизайном или неподходящими критериями эффективности.

Но очень скоро научный спор перешел в область конспирологии. Дешевое и эффективное средство от простуды, утверждал Полинг, просто невыгодно фармацевтическим компаниям и врачам, зарабатывающим на лечении болезней. И массовой аудитории этот довод, естественно, показался убедительнее статистических выкладок.

От простуды до рака

В 2013 году Джон Марис, глава отделения онкологии в Детской больнице Филадельфии, вспоминал, что на протяжении семи-восьми лет родители его пациентов постоянно требовали назначать больным детям высокие дозы витамина C. Когда врачи пытались возражать, им отвечали: «А у вас есть Нобелевская премия?»

Отчаявшиеся родители имели в виду все того же Лайнуса Полинга. Потому что простудой он не ограничился. В 1976 году вместе с шотландским хирургом Юэном Кэмероном Полинг опубликовал исследование ста пациентов в терминальной стадии рака, получавших большие дозы витамина C внутривенно. Авторы утверждали, что такое лечение заметно продлевает жизнь больных. Три года спустя они изложили свои взгляды уже для широкой публики — в книге «Рак и витамин C».

Чтобы проверить это смелое заявление, специалисты клиники Мейо провели два контролируемых рандомизированных исследования с участием пациентов с запущенным раком: одна группа получала рекомендованные Полингом 10 граммов витамина C в день, другая — плацебо. Разницы ни в самочувствии, ни в продолжительности жизни обнаружить не удалось. 

После публикации этих данных спор окончательно вышел за рамки научной полемики. Полинг обвинил специалистов клиники Мейо в мошенничестве, а впоследствии угрожал им судебным разбирательством. К тому времени научные опровержения своей теории он уже воспринимал как личные нападки.

Что говорит наука о витамине С

Спустя полвека в этом споре поставлена точка. Влияние витамина С на иммунитет и простуду проверено более чем на десяти тысячах человек. Вердикт авторов масштабного Кокрейновского обзора, который считается золотым стандартом доказательной медицины, гласит: как средство профилактики и лечения обычной простуды витамин C не работает. Регулярный прием не снижает вероятность заболеть. А если начать принимать витамин уже после появления симптомов, он не сокращает болезнь и не влияет на ее течение. 

Есть лишь один статистический нюанс. У людей, которые принимают витамин C постоянно, симптомы простуды в случае заболевания в среднем исчезают примерно на полдня раньше. Но речь идет о субъективной оценке самочувствия, а не о каком-то объективном показателе выздоровления. 

Не выдержала проверки временем и идея компенсации дефицита витамина С, выдвинутая Ирвином Стоуном. Примерно 61 миллион лет назад у наших предков действительно отключился ген L-гулонолактоноксидазы, отвечающий за синтез витамина С. Но к тому времени в их рационе было достаточно фруктов и зелени, содержащих витамин С. А поскольку возможности организма использовать этот витамин ограничены, продолжать еще и синтезировать его самостоятельно было непродуктивно.

Пытаться компенсировать «гипоаскорбемию» приемом высоких доз витамина С бессмысленно. Это наглядно показало исследование, опубликованное еще в 1996 году. Семь здоровых добровольцев в течение нескольких месяцев получали строго контролируемое количество витамина C — от 30 до 2500 миллиграммов в сутки. Уже при 100 миллиграммах в сутки его содержание в иммунных клетках достигало максимума. При разовой дозе 500 миллиграммов и выше доля усвоенного витамина начинала снижаться, а избыток все активнее выводился с мочой.

И кстати, насчет иммунитета: витамин С реально участвует в работе иммунных клеток, а его выраженный недостаток нарушает иммунный ответ и может повышать восприимчивость к инфекциям. Но это лишь одно из множества веществ, необходимых иммунной системе. Для нормальной работы ей нужны также витамины A, B6, B12, D и E, фолат, железо, цинк, селен, медь и другие микроэлементы. Недостаток любого из них может нарушать иммунный ответ, но это не значит, что дополнительный прием каждого из них делает иммунитет сильнее. Принимать витамин C в специальных добавках при отсутствии диагностированного дефицита — это все равно что надеяться ускорить машину, доливая в полный бак еще пару канистр бензина.