Слышать соус и нюхать стейк: как готовят повара, потерявшие зрение и пальцы

Нарезать овощи, помешать суп, определить готовность блюда по цвету корочки, снять кастрюлю с плиты — все эти действия любой повар выполняет на автомате. Но что делать, когда привычные движения тебе больше неподвластны?

Йеванде Комолафе почти 20 лет проработала поваром. После тяжелой болезни она потеряла обе ноги ниже колен и девять пальцев рук. Сейчас она придумывает рецепты для The New York Times. Кристин Ха научилась готовить сама, когда переехала из общежития на съемную квартиру, а потом тоже стала профессиональным поваром. Из-за аутоиммунного заболевания она постепенно полностью потеряла зрение. Рассказываем, как им пришлось заново учиться простым вещам и искать свое место в профессии.

«Кухня меня исцелила»

Йеванде с детства интересовалась мамиными кулинарными книгами и пыталась повторять рецепты из них. Но стать поваром она решила не сразу.

Ее мать работала пищевым технологом и хотела, чтобы дочь пошла в «серьезную науку». Йеванде начала изучать биохимию, получила диплом по психологии и биологии, и только после этого исполнила свою мечту и поступила в кулинарную школу. Она работала в ресторанах и на тестовых кухнях, где, как в научной лаборатории, смешивала ингредиенты и придумывала блюда.

Но ее подвело здоровье. У Йеванде серповидноклеточная анемия — тяжелое наследственное заболевание крови. Поэтому работа на ногах требовала особой осторожности. Иногда после нескольких часов на кухне ей приходилось по три дня отдыхать.

В конце 2023 года Йеванде положили в больницу с симптомами, похожими на грипп. Там она провела семь месяцев, шесть недель из них — в коме. На фоне тяжелого течения болезни ей ампутировали обе ноги ниже колен и девять пальцев рук. Выписали Йеванде только летом 2024 года.

Когда она вернулась домой, мама, которая тогда жила с ней, готовила ее любимые блюда. Йеванде поняла, что может участвовать в процессе приготовления, даже если физически не делает всего сама. Сначала она руководила другими: объясняла, как и что приготовить, пока сама не могла дотянуться до плиты. А в 2025 году вернулась к профессиональной работе: теперь на кухне у нее появились помощники. «Кухня меня исцелила», — говорит Йеванде.

Кроме того, повар учится управлять протезами пальцев. Каждое движение требует сознательного усилия, но Йеванде не сдается. Она сравнивает это с тем, как младенец открывает для себя, что у него есть пальцы, и учится брать вещи.

Сейчас она обустраивает новую кухню в своем доме в Филадельфии. Плита в ней расположена ниже обычного, у шкафов и ящиков удобные ручки — Йеванде цепляется за них оставшимся большим пальцем и тянет на себя, а полки находятся на уровне глаз или ниже.

Йеванде признается, что иногда ей становится очень грустно, а совсем недавно она подумала: «Вот бы пальцы просто выросли обратно». Она не пытается избавиться от печали, может поплакать, а потом возвращается к мысли о том, что выжила. Что может открыть глаза утром, поиграть с детьми — или приготовить что-то на кухне.

Каждый день — на 0,1% лучше

Кристин Ха научилась готовить в студенчестве, когда переехала из общежития на съемную квартиру с соседями. Рядом больше не было столовой с готовой едой, а питаться вне дома было слишком дорого.

Кристин признается, что сначала готовила плохо, и прогресс шел небыстро. Но когда ей впервые удалось одно из блюд, она угостила соседей и друзей — и их реакция мотивировала ее продолжать. Она начала собирать рецепты, покупать кулинарные книги, экспериментировать на кухне.

Одновременно с этим ухудшалось ее здоровье. В 23 года Кристин диагностировали оптиконевромиелит — аутоиммунное заболевание, которое поражает зрение. Иногда зрение резко ухудшалось за несколько дней или недель. Кристин заново училась обращаться с ножом, пользоваться плитой. А потом зрение снова падало, и приходилось начинать сначала. К 27 годам ее признали незрячей.

Особенно сложно было с плитой. Зрячий человек видит, как поджаривается стейк на сковороде, и может его перевернуть. Кристин пришлось заменить зрение другими чувствами. Она стала больше полагаться на обоняние — например, могла определить по запаху готовность чеснока. Или на слух: если плеснуть немного воды на сковороду, по звуку можно понять, насколько она горячая.

Кристин училась жить в новом мире: осваивала трость, общественный транспорт, шрифт Брайля, экранные ридеры. В 2012 году ей захотелось проверить, сможет ли она пройти отбор на реалити-шоу MasterChef для поваров-любителей. Она стала первой незрячей участницей шоу и не только дошла до финала, но и победила. Этот опыт придал ей уверенности в себе.

После этого Кристин написала кулинарную книгу и открыла несколько ресторанов. Она много путешествует, пробует новые блюда, привозит из поездок необычные ингредиенты и экспериментирует с ними на кухне.

На вопрос, хороший ли она шеф-повар, Кристин отвечает так: ее принцип — становиться хотя бы на 0,1% лучше каждый день. Лучше спать, лучше заботиться о теле, учиться новому, быть хорошим другом. «Я лучший шеф-повар, каким могу быть с тем, что у меня есть сегодня», — говорит она.